ис kunst во

 

 

литература

 

записи Живого Журнала

     

политика и общественность

   

поиск по сайту    

   

Церковь Христова

   

Господь Иисус

   

 

 

 

   

 

 

 

 

   

 

tapirr.livejournal.com Живой Журнал tapirr

 

 

 

 

 

   

 

 

 

 

   

   

 

 

 

   

 

   

       

 

ссылки

   

 

 

 

   

 

   

   

 

Протоиерей Вячеслав Винников  

“Я ПОВЕРИЛ ОТ РОЖДЕНЬЯ В БОГОРОДИЦЫН ПОКРОВ...”

 

 

К оглавлению.

ИСПОВЕДЬ

Вот как я выхожу на исповедь: беру с престола Евангелие, Крест, внутренне содрогаюсь и спрашиваю благословения у Божьей Матери. Целую икону: “Божья Матерь, помоги; Господи, благослови”. И выхожу к аналою. Если есть детишки, то они подходят первыми. Слава Богу, что они есть (и порой очень много). Но сейчас разговор пойдет о взрослых. Надо очень хорошо стать, не в физическом плане, а в духовном, чтобы всё услышать, пропустить через себя, впитать, ощутить себя тем человеком, который перед тобой стоит, чтобы был общий покаянный вопль к Богу. Ни в коем случае нельзя отделять себя  от стоящего перед тобою: ты плачешь, ты каешься, ты вопиешь: Господи, прости.

Иначе может получиться, что ты слушаешь какой-то рассказ, затем накрываешь епитрахилью и прочитываешь молитву. Если себя отделишь от исповедника, то между вами возникает пропасть, которую ничем  не заполнишь: постояли, поговорили и разошлись. Исповедники разные, а грехи у всех нас одинаковые, каждый раз такое чувство, что слушаешь самого себя,  прислушиваешься, не забыл ли чего,  и каешься. И разрешительную молитву сам над собой читаешь.  Открывает тебе человек грехи, а ты в них открываешь свои. И никогда не будет противен кающийся, с чем бы он ни пришел, потому что это ты сам. Если даже и появится чувство отвращения, то  противен будешь сам себе. Может, исправишься и  жить будешь по-другому. На исповеди трудно отделить священника от кающегося и понять, кто кому кается - просто мы вместе каемся Богу.  Помоги нам,  Божья Матерь, поплакать о своих грехах и вместе понести покаяние, ведь Сам Христос невидимо стоит здесь и принимает нас, окаянных.

                                        ххх

Веду исповедь в храме Архангела Гавриила. Подходит мальчик лет десяти:

- Можно у Вас спросить?

- Спрашивай.

- Почему, когда я захожу в храм - Бог есть, а когда выхожу - Бога нет?

- Откуда ты такой взялся?

- Я в молочную кухню хожу и всегда захожу в храм.

 Не мешало бы и взрослым неверующим прийти и увидеть, что Бог есть!

                                                   

ххх

Мальчик восьми лет первый раз пришел на исповедь. Спрашиваю его:

- Ты в Бога веришь?

- Нет.

- Почему не веришь?

- Если бы  Бог был, Он бы меня наказал, когда я делаю что-то плохое.

- Он тебя не наказывает, потому что любит тебя.

- Теперь верю - Бог есть.

- Раз так, то надо молиться: за папу, за маму, за себя. Будешь это делать?

- Да, буду.

- Наклони голову.

И я прочитал над ним молитву.

 - Целуй Евангелие и крест.

Поцеловал и спрашивает:

- А почему внизу креста череп?

- Потому что Христа распяли на том самом месте, где был похоронен Адам, первый человек.

- А почему по углам этой книги четыре изображения?

- Это люди, которые жили с Христом, ходили с Ним по улицам: апостолы Матфей, Марк, Лука и Иоанн. Они оставили нам свои воспоминания - вот эту книгу, что лежит перед тобой, Евангелие, а на ней изображение воскресшего Христа. Злые люди Его распяли, а Он на третий день воскрес. Это наш праздник Пасха, знаешь?

- Да.

- А крестик на тебе есть?

- Нет.

- Почему?

- Цепочка порвалась.

- Это дело поправимое. Ну приходи ко мне ещё. Придёшь?

- Постараюсь.

                                        

 

ххх

После этой исповеди вспомнился мне случай в санатории в Дорохове, где я лечился в 1966 году.

 Сидим как-то вечером на скамеечке у корпуса  и разговариваем. Беседа коснулась существования Бога. Я  слушал невнимательно,  погруженный в свои мысли, но вижу вдруг: молодой парень, еврей, воздевает свои руки к небу и с каким-то надрывом кричит: “Если Ты есть, то покарай меня, слышишь, эй, Ты? Что же Ты молчишь?”.

Это было какое-то безумие. Меня оторопь взяла - так я за него испугался. А небо  такое красивое, все в звездах... Кругом стояли сосны, и воздух был напоен хвоей. Я тогда, по молодости, не понял, почему с тем парнем не произошло ничего страшного. Хотя страшно было  уже то, с каким вызовом он кричал.

А сегодня, после исповеди этого мальчика, еду и думаю: Бог, наверное, услышал этого кричащего парня и сказал: “Эх, глупый ты, глупый, я ведь люблю тебя, поэтому и не наказываю, а ты, чудак, этого не понимаешь. Подожду ещё немного, может,  поумнеешь и оценишь мою любовь. Ведь ты из  народа моего избранного”.

Как же Господь нас всех любит, даже в богоборчестве нашем и неверии. И ждёёт...

                                      

  ххх

Исповедуется молодая девушка:

- Отец Вячеслав, я иногда думаю: вот я, грешная, нехорошая, и злая бываю, а почему меня так Бог любит, за что?

И на глазах её слезы. Я ей отвечаю:

- И я, милая, грешный, нехороший и никудышный, и тоже думаю, за что меня так Господь любит?

И на глазах у меня тоже слезы. И так хорошо и благодатно, и Господь посреди нас.

Видно, любовь Божья сильнее всякого греха, любовь сильнее смерти! И во грехах наших Господь любит нас и не оставляет.

                                                   

   ххх

Мать и сын пришли исповедоваться  первый раз в жизни. Очень хорошо исповедовалась мама, а сын ещё лучше. Мальчику лет десять, и видно, что он очень толковый. Я пригласил его в нашу воскресную школу.

Подходит он к причастию, а впереди его стоят бабушки. Помня слова Спасителя “Пустите детей и не препятствуйте им приходить ко мне”, я  подзываю мальчика пройти вперед и причаститься первым, но вдруг слышу голос протодьякона : “Ты что этого сатаниста выделяешь. У него же серьга в ушах”. Хорошо, что мальчик не услышал этих слов.

Мне кажется, если человек, служащий в церкви, любит своё дело, то он будет любить и людей, пришедших в храм, а особенно станет привечать наших маленьких прихожан. Может быть, благодаря нашему вниманию к детям, Господь и нас, старых и дурных, не оставит, а посмотрит на нас и скажет: “Тянутся к детям -  и то слава Богу, может, и станут как дети, и войдут в Мое Царствие Небесное.”

Мальчик тот в воскресную школу все-таки пришел...

                                     

 

   ххх

Был у меня духовный сын: и храм посещал, и исповедовался, и причащался, а когда подрос, то стал в алтаре прислуживать и собирался поступать в семинарию. Вдруг я узнаю, что он потерял веру в Бога. Ко мне всё же пришел,  и я с ним долго разговаривал, но вижу, что слов моих он не принимает, а стоит, набычившись, и молчит. Тогда я ему говорю:

“Знаешь что, вот ты жил с Богом, попробуй теперь пожить без Бога, и посмотрим, что получится. Иди, а я за тебя молиться буду.”

Нагнул голову и ушел. И хорошо ещё жив остался. Столько в своей жизни дров наломал, что хватило бы  не на одну жизнь.  И опять пришел ко мне: глаза прячет, улыбается... Исповедовался, причастился, стал ходить на службы, женился на верующей девушке, венчался, сын у него родился...

Без Бога жить, всё будет кувырком. Без Бога и страна развалится, и семья разлетится, и человек в чучело гороховое превратится! Спасение только в Боге, а Господь всегда с нами! А если с нами Бог, то кто же на ны!

                                                

 ххх

Пришел один молодой человек и сокрушается, что ничего у него с духовной жизнью не получается. Я понял так, что его все время нужно как бы за ручку вести, а если отпустишь, то он упадет. Я говорю: “Вы крестились, получили направление, получили благодать в крещении и миропомазании, которая Вам должна помочь в духовной жизни. Давайте, с помощью Божьей работайте над собой. А  надеяться только на кого-то другого нельзя, Вы не в монастыре, где каждый шаг согласовывается с игуменом, да и там ты в келье один, на послушании один, сам что-то делаешь. Знаете, как дядья Сергея Есенина учили его плавать? Заплывали на лодке на середину реки и бросали в воду...  и ведь выплывал. Вы всё получили, плывите теперь сами, а поддержка будет. Я не думаю, что если бы Есенин стал захлебываться,  его родные не помогли бы ему...”

                                       

 ххх

Пришел исповедоваться мужчина лет сорока . Спрашиваю его:

- Когда Вы крестились?

- Пять лет назад.

- Исповедовались, причащались?

- Нет.

-А что же, священник, который Вас крестил, не беседовал с Вами, не говорил, что нужно исповедоваться и причащаться?

- Нет, он поставил нас пять человек и стал крестить...

После исповеди и причастия этот мужчина (звали его Степан) стал ходить в церковь почти каждый день, а потом исчез: кажется, куда-то уехал.

                               

 

 ххх

Ещё раз понял, как важно слово священника перед крещением,  исповедью,  венчанием. У человека тогда на все глаза открываются:  если он прежде не молился, то здесь молится, если никогда не крестился, то крестится. После слов священника лица у людей меняются, в них появляется больше света, доброты, искренности.

После слов пастыря молитва идет по-другому, она становится более осмысленной, живой, действенной. Новому человеку в храме трудно вникнуть в слова молитвы, а  слово священника помогает, задает определенный настрой. Помоги Господи в этом каждому священнику.

                                            

 

Ххх

Подходит ко мне человек на исповедь и говорит: “Батюшка, мне другой священник сказал, что я ничего не исполняю, что положено христианину: не молюсь, как должно, не пощусь и что живу я не по-христиански, и поэтому отказал мне в причастии”. Стоит передо мной человек и плачет навзрыд. Я ему говорю: “Успокойся, приходи ко мне в субботу, и если со мной ничего не случиться (иногда я очень плохо себя чувствую), то я тебя поисповедую и причащу”, - и крепко пожал ему руку. Не праведников Господь пришел спасти, а грешников... Всё очень просто: грешный батюшка не оттолкнул другого грешника. Господь безгрешный, и то никого не отталкивает. У каждого батюшки свой подход, и каждый подход верный. А почему так, подумайте сами...

                                             

 

 ххх

Снова пьют здесь, дерутся и плачут

Под гармоники желтую грусть...

Читаешь и думаешь: а на Руси ли это? Без Бога, без креста, без молитвы... А что остается делать, если в душе нет Бога, а на груди - спасающего тебя Креста? Внешне порой всё у людей выглядит достойно: прилично одеты, звания, заработки,  машины, дачи, жена и дети, а внутри  без Бога всё плачет, все нутро кричит от боли - напиться бы! - и напиваются...  на душе, на сердце тогда ложится есенинская желтая грусть, подобная  пожухшим листьям. И кто же сердце порадует, кто его успокоит, мой друг?  Друг - это Господь, повернись к Нему лицом, Он успокоит тебя, и не будешь рваться и метаться, не будешь пить, скандалить, драться, а возьмешь да споёшь: “Господи, воззвах к Тебе, услыши мя”.  Чудо может Господь сотворить с человеком, только вспомни Его, обратись к Нему, воззови, и вопль твой будет услышан!

                  

    ххх

Ну кто из нас не падал…
 (“Письмо к женщине”)

Падение приходит незаметно...  Ты просто не замечаешь,  когда оно начинается. Все кажется такием обычным, что даже трудно догадаться, что ты падаешь, что под тобой - бездна. Наверное, это происходит оттого, что на какое-то время от тебя ушли молитвы и отошел Господь, а навалилось нечто, чего без молитвы и без Господа не преодолеешь: соблазн, искушение, грех завладели всем твоим существом, - и ты уже не чувствуешь и не видишь Бога. Ты остался один на один со своим грехом, он тебя свалил  на землю, а кто-то стоит, как над поверженным боксером, и отсчитывает: один, два, три....  В таком положение важно суметь подняться, не дожидаясь счета "девять" и, услышав  команду "бокс", снова драться, драться, яростно защищаться и не поддаваться одолевающему тебя греху.  Вести такую борьбу можно только молитвой, обращением к спасительному и сладчайшему имени Спасителя..... А кто из нас не падал.... Их мало с опытной душой, кто крепким .... оставался.  Им мы теперь молимся, обращаем к ним свои взоры, просим  защиты: у преподобных, мучеников, святых.

Трудно выстоять, но не трудней, чем падать. Это только кажется, что катиться вниз легко...  Падая, ты затрачиваешь огромный труд, чтобы идти против воли Божьей, противостоять своему Творцу. К чему такие колоссальные усилия, не лучше ли потрудиться до кровавого пота и не поддаться греху, найти в себе силы и из противника Бога, превратится в Его помощника. Как  легко станет тогда на сердце и на душе, и западут в тебя Его слова: "Иго Моё благо, и бремя Моё легко есть".... Господь пошлет эту легкость, легкость ангелов, парящих над землей..... Падал, падал, разрывалась и терзалась душа, предавал и Бога и людей.... Нестерпимо больно за свои падения... и стыдно, как было стыдно нашим прародителям в раю.... Нечем прикрыть свою наготу, нет даже тех листьев, которые были в раю.  Пока только выросли маленькие листочки покаяния, которые чуть-чуть прикрывают тебя, но, может  быть, благодаря твоей молитве, вырастут и листья.  Вот и трудись для этого непрестанной молитвой, призывая на помощь Бога, плачь и кайся, кайся и плачь... Симоне Ионин, любишь ли ты Мя...- Да, люблю, Господи, Ты знаешь, как я люблю Тя....

   Дай, Господи, силы любить Тебя и следовать за Тобой... и прости мне мои отречения!


 

                     ПРИЧАСТИЕ

Вспоминаю, с какими трудностями приходилось сталкиваться в шестидесятые годы, чтобы причастить человека  в больнице. Однажды мой хороший знакомый  Павел Федорович Маринин, с которым мы когда-то вместе работали алтарниками в Николо-Хамовническом храме, оказался в больнице в тяжелом состоянии. Было ясно, что администрация больницы не даст официального разрешения на причастие, а потому я просто поехал в больницу, вошел в вестибюль, пригляделся и вижу, что студенты мединститута раздеваются в гардеробной и  надевают белые халаты, которые тут же висят на вешалках... План созрел быстро.. Я тогда был молодой и вполне мог сойти за студента-медика. Подхожу к вешалке, снимаю халат, надеваю  и бегу на третий этаж. Под пиджаком костюма у меня подвернут подрясник, на груди - маленькая, почти незаметная дароносица со Святыми Дарами.

Нахожу нужный номер палаты, вхожу... Павел Фёдорович, по всему видно, очень плох, но меня увидел, узнал и очень обрадовался. В палате есть ещё один больной, но он может ходить, и я прошу его на время выйти из комнаты. Только я разложил дароносицу на тумбочке у кровати и приготовил все для причастия, как с шумом открывается дверь, и на пороге появляется мужчина в белом халате, а с  ним ещё человек пять врачей . “Как вы сюда прошли?! Уходите немедленно, не то мы вызовем милицию!” (Были неприемные часы, и посетителей в палаты не пускали).

Я  быстро говорю Павлу Федоровичу: “Кайся” и накрываю его голову епитрахилью. В это время я оглядываюсь и вижу, что вся эта возмущенная компания медленно надвигается на меня. Мне стало страшно: ведь на тумбочке лежат Святые Дары..., я должен их защитить, и мои руки невольно поднимаются вверх, чтобы отстранить надвигающуюся опасность.

“Не подходить! - очень твердо, с отчаяной решимостью, говорю я, - пока я все не сделаю, я отсюда не уйду!!”

Причащаю Павла Федоровича, собираю дароносицу, подбираю полы подрясника под пиджак и иду прямо на них... , палата маленькая, и они расступаются ...

Вера и смелость, если они вместе, города берут, а уж эту кучку медицинских работников в белоснежных халатах, но с черными  и немилосердными душами, - и подавно. Если Бог с нами, то кто же на ны!

 

ххх

1995 г.

Крестилась молодая еврейка. Знает молитвы, много читала религиозной литературы, крещение принимала с глубокой верой. Я долго с ней беседовал: хорошо подготовлена. Сказал, чтобы завтра пришла причастилась. Пришла, стояла всю службу, подошла к Чаше, на лице улыбка, радость... “Что ты у Чаши смеёшься?” - это грубый окрик нашего протодьякона. Растерялась, улыбка исчезла, в глазах слезы... Во время молебна увидел её, стоит, плачет... Подошел, сказал: “Успокойтесь, надо привыкать, у нас так бывает...” - “Отец Вячеслав, к этому трудно привыкнуть, трудно привыкнуть к хамству”, -  ответила она. Больше я её не видел...

                                       ххх

Я иду причащать на дому на 9-й Парковой улице. Поднимаюсь на этаж, звоню, дверь открывает молодой человек без одной ноги, на костылях.

- Здравствуйте, можно пройти?

- Проходите. Захожу.

- На столике можно расположиться ?

- Да.

Раскладываю плат, открываю дароносицу, достаю маленькую Чашу, лжицу... Спрашиваю:

- Вы причащаетесь?

- Что?

- А у Вас какая-нибудь бабушка здесь жила?

- Да, но она уже месяца три как уехала в деревню.

- Слушайте, а зачем Вы меня пропустили в комнату?

-  Да Вы так смело заходите...

Все собираю и ухожу. Меня смутило, что он без ноги и на костылях, я и подумал, что он сам причащается. Нехорошая в Измайлове была практика: оставляли записки с адресами, а сами уходили. Вот и приключилась такая история. Плохо и то, что никто не пришел и не извинился за свой ложный вызов. Ведь Причастие - это великое  святое таинство, и относиться к нему нужно очень серьезно.

                                     ххх

Однажды служил я в Измайлове в Великую среду как помогающий священник и обнаружил в алтаре, в типиконе, тринадцать адресов (их туда просто вкладывали): десять причащений на дому и три соборования. В этот день приехал в храм к 6 часам утра: стоит женщина (единственная, которая пришла сама, а не просто оставила адрес).

- Батюшка, у меня причащение больной на Соколиной горе. Поедемте, я Вам буду помогать. Собирайтесь, сейчас пойду за такси, а то один Вы просто замотаетесь.

Подвела такси и, где я только ни причащал, они с таксистом меня ждали, а потом мы ехали дальше. Там, где я соборовал, она отпускала такси, а к концу соборования ловила  новую машину.... и так на протяжении многих часов. Последним был её адрес на Соколиной горе... На такси она отвезла меня обратно в храм.

- Теперь, - говорю я ей, - мне надо с Вами рассчитаться, ведь Вы везде платили, а я только садился и выходил, да делал своё дело. Сколько Вы истратили?

- Батюшка, я Вас очень прошу, никаких мне денег не надо. Все было так хорошо, везде Вы успели, всё сделали, я только Богу благодарна за то, что Вам помогала. Слава Богу за всё!

А сама улыбается.  Зовут эту женщину Клавдия. Однажды я её увидел в храме вмч. Феодора Стратилата, она подходила ко мне под елеопомазание. Я, наверное, никому так не улыбался. Как её увидел,  вспомнил тот трудный день и ещё раз от всей души поблагодарил её... Вот так, и, не работая в храме, можно делать дело Господне! На таких простых и незаметных женщинах, на таких клавдиях,  и держится наша Церковь.


ВЕНЧАНИЕ

Когда наш владыка Нифон венчает - это всегда праздник. Сегодня на венчании иностранной пары было человек семьдесят гостей, мужчины  во фраках и с бабочками, подтянутые и стройные, женщины в длинных ниспадающих платьях, ничего лишнего, все строго, как будто из другого времени. У всех милые улыбки и радость в глазах. Невеста с женихом улыбнулись мне, поклонились; я надеваю  обручальные кольца, из Царских врат выходит сияющий своей мантией, митрой и омофором Владыка. Все красно-голубое, все молитвы произносятся по-английски, Владыка берет в каждую руку по венцу и вздымает над головами молодых, высоко вверху руки с венцами перекрещивает и возлагает на их головы, затем снимает и отдает шаферу. Вначале по-арабски, а потом два раза по-русски велиим гласом произносит: “Господи, славою и честью венчай я (т.е. их)” Я соединяю их руки, возлагаю сверху епитрахиль и веду вокруг аналоя “Святии мученицы добре подвизавшиеся”, трижды обходим аналой, многолетие, речь Владыки. Все как в радостной и светлой сказке.  Умеет Владыка создать радость и молитву, а это в венчании самое главное.

                                              ххх

Сегодня венчал молодых - Андрея и Ирину. Стал их поздравлять и вспомнил, что в деревнях раньше спрашивали о том, жалеет ли муж жену? Старые, умудренные опытом люди  считали жалость самым важным чувством в семейной жизни. Об этом я молодым сказал. Посмотрел я на жениха и  понял, что Андрюша принял мои слова. Слава Богу, значит через мою молитву Господь коснулся его сердца, и эти слова запали в его душу.

Любовь в семье не то, что может уйти, но она как-то за бытом растворяется, становится не очень заметной, тем  более для постороннего взгляда, а вот жалость друг к другу… Если её не будет, то можно сказать - семьи нет. Нельзя будет заболеть, нельзя будет заплакать, нельзя будет рассказать что-то сокровенное, душевное, сердечное - не поймет рядом стоящий, не пожалеет, и так будет холодно на душе, как будто ты в пустыне.… У меня жалость к Тамаре появилась, как только я её увидел, и  это чувство мне помогло перенести её болезни,  муки,  всю её с ног до головы я жалел, и жалости моей не было предела. Она это чувствовала и тянулась ко мне в своей немощи, обнимала меня, в глаза заглядывала, и видела, что я не обманываю её, и от этого ей становилось легче… “Славочка, Славочка, ты со мной…” - и я думал - это не я с тобой, а Господь, Он меня посетил и наградил этой жалостью. Все в жизни было - на то она и жизнь, а вот сознание того, что я  её жалел, успокаивает меня сейчас и не дает впасть в уныние и отчаяние.  Сейчас эта жалость влечет меня на её могилу: Тамара, милая, я около тебя, лежи спокойно, не волнуйся.  Даже тяжело больной иду, ползу, лежу около нее на   лавочке, держусь за могильную ограду двумя руками, чтобы не свалиться. Жалость до гробовой доски….   Сильнее смерти эта жалость. Вот чем наградил меня Господь, и сам не знаю за что, тоже, наверное, из жалости ко мне. Так  давайте жалеть своих любимых, и тогда разлуки для нас никогда не будет…

Жалости  молодым Андрею и Ирине друг к другу, и любви…

                                  ххх

В браке соединяются души, сердца, улыбки, взгляды…. Иногда супруги даже становятся похожими друг на друга. Я верю и верую, что Господь Сам соединяет пары, как Он соединил самых первых людей на земле.  Разлук между супругами не должно быть ни в этой жизни, ни в будущей. Не оставляйте друг друга, иначе заплачет ваша душа, и дети оставленные будут сниться вам по ночам. Часто передо мной на исповеди стоит ребенок, у которого нет папы…. При этом папа жив, но живет где-то в другом месте или с другой семьей.  Боль такого ребенка пронзает меня с ног до головы: никто  не осушит его слезы….

    Венчанный ли брак или невенчанный -  все равно “браки совершаются на небесах” и отвечать придется перед Тем, Кто их совершает. Нет иного пути, как только быть вместе до смерти, красивей и лучше не найдешь, чем та, что тебе дал Сам Бог….  Он для тебя выбрал, а ты все кого-то ищешь и ищешь. Не ищи, а то все потеряешь, и Богом данную жену и саму жизнь, и будешь терзаться не только здесь, но и в вечной жизни…

Что Бог соединил, человек да не разлучит!


ПРАЗДНИКИ

Праздник Казанской Божьей Матери

  Обычно в этот день мы с мамой выходили из дома, шли лесом,  перебирались через ручей, - и перед нами открывалось Узкое  собором Казанской Божьей Матери, который тогда был закрыт. Мы подходили к церкви, молились, делали три земных поклона, а Казанская сверху смотрела на нас и радовалась. Тогда казалось, что храм был закрыт навечно, но вечное бывает только у Бога, а у тех, кто закрывал храм вечность закончилась раньше, чем они предполагали. Божья Матерь радовалась нашему приходу и нашим молитвам, но было грустно и печально, потому что никого около храма больше не было,  а в самом храме был книжный склад. Однажды я поставил внизу, у дверей храма открытку, на которой был изображен букет ярких цветов. Я  её принес с таким чувством, будто это был букет живых цветов для Божьей Матери. Так и получилось: вверху Богоматерь, а внизу чудные цветы. Ласково принимала нас Божья Матерь в Узком, а мама часто Ей молилась и клала поклоны в сторону храма из своей комнаты. Когда все ложились спасть, я на кухне, в темноте, молился Казанской Божьей Матери, и мне казалось, что она была прямо передо мной, будто ни леса не было между нами, ни расстояния….   Сразу становилось теплее на кухне,  светлее…. Однажды произошло чудо и открыли храм,- мы с мамой пришли туда и услышали, как поют, служат, увидели батюшку, народ, горящие свечи. Хор из девочек и мальчиков….. Спасла Божья Матерь Свой храм, отстояла его, и теперь всем улыбается, ласково глядя на людей сверху. А в храме люди славят Её. Да и как же Её не славить, раз послала Она нам все во благо. Я очень хорошо чувствую, как Она меня не оставляет, всегда и во всем мне помогает: посылает мне молитву, радости и печали…. От Нее все надо принимать, тогда и печали радостями оборачиваются.

Радуйся, Радосте наша, радуйся Заступница наша,  радуйся наша Споручнице, радуйся любящая нас и никогда Своей помощью нас не оставляющая.

ХХХ

25 октября. День Иерусалимской Божьей Матери

Занятие в Воскресной школе было веселым, уютным и оживленным, как никогда. Я говорил больше всех, наверное, оттого, что старше всех в школе. А все сидели и слушали: маленькие, подростки и взрослые вместе…. Интересно, есть ли ещё где-нибудь такие школы, где все сидят вместе и смотрят понимающими глазами на батюшку. В Воскресной школе происходит что-то замечательное, достигается некое единство… .  Наверное, потому, что “где собраны двое или трое во имя Мое, там Я посреди их”. В Воскресной школе и мудрствовать не надо: там легко, светло и радостно сидеть и смотреть друг на друга, слушая те слова, которые говорят нам о Боге, о Его мире, о нас…. Сколько в этом радости, счастья, духовного восторга….

ххх

1 августа, День Преподобного Серафима Саровского

Золотистые зеленые облачения в этот день напоминают лес, солнце, речку, “камешек”, на котором стоял старец. Преподобного Серафима ни с кем не спутаешь, он запечатлен в наших сердцах, стоящим на камне с воздетыми к Богу руками. Дал нам его Господь, послал молитвенника за Русь и за нас - и мы держимся его стоянием и предстоянием…. Его подвиг переплетается с подвигом Царственных Мучеников. От старца к Царю Николаю и Царице пришла весточка, и открылось нечто страшное Царю и Царице о судьбе России и их собственной судьбе. Мы не знаем точно, о чем писал старец, можем только догадываться, но знаем, что покорно, со смирением, принял Царь, что определено было ему самим Богом, и мученически закончил свой земной путь вместе с семьей и ближними своими. Но успел Царь открыть и прославить великого старца, великого духом и подвигом своим, успел нам дать молитвенника и сам ему молился. Икона Преподобного была найдена в Ипатьевском доме после той страшной для всей России расстрельной ночи. Пламенный Преподобный Серафим стоит на камешке Неопалимой Русской Купиной, никогда не погаснет пламя его веры и других он подвигнет к молитвенному подвигу.

                                              ХХХ

Прощай, лазурь Преображенская

И золото второго Спаса

Каждый раз на Преображение я кладу на могилки своих родных по яблочку, будто приношу и передаю яблоки из рук в руки, передавая им своё тепло и тепло храма, и ту молитву, которая читалась на освящении плодов, и сердце своё, и свою любовь. И вспоминается тогда стихотворение Пастернака - кладбищенское, но в то же время светлое и радостное, Преображенское:

                                          Вы шли толпою врозь и парами,

                                          Вдруг кто-то вспомнил, что сегодня

                                          Шестое августа по старому,

                                          Преображение Господне.

                                          Обыкновенно свет без пламени

                                          Исходит в этот день с Фавора

                                          И осень ясная,  как знаменье,

                                          К себе приковывает взоры…

Осенние плоды: яблоки, рябина, груши, виноград, слива…  Осень нашей жизни: какие плоды мы принесем, и сколько яблок нам ещё осталось съесть: одно, два, три…  Кто сможет “смягчить горечь рокового часа”? - Молитвы близких, тех, кто будет рядом, на кого мы надеемся. Дай Бог, чтобы не обманули, не подвели…..

                                         Как обещало, не обманывая,

                                         Проснулось солнце утром рано,

                                         Косою полосой шафрановою

                                         От занавеси до дивана

С Праздником Преображения  и ушедших и живущих.

ххх

День Апостолов Петра и Павла

Какие мощные были люди, с такими же слабостями, как у всех нас, с болезнями и немощами, а как любили Господа. Всё слабое, немощное куда-то уходило, а оставалась любовь, которая преодолевала всё: и неприязнь, и гонение, и тюрьму,  и побои и даже саму смерть. “Симон Ионин, любишь ли Меня?” - от этих слов всегда хочется плакать. Люблю, Господи, только слабый я и понести за тебя ничего не могу, а любить, очень люблю, как же без любви к Тебе жить можно, когда Ты Сам - Любовь. “Ты Сын Бога Живого” - вот слова Петра, которые мы произносим перед Святой Чашей. Апостол Петр навечно нам оставил своё исповедание.

А Апостол Павел, Савл, переживший по дороге в Дамаск ослепление и прозрение, всю оставшуюся жизнь был верен Богу до смерти крестной, и ничто его не смогло “разлучить от любви Божией”: ни тягота, ни теснота, ни узы, ни побивание камнями.

Какой силой духа обладали эти люди, первыми пошедшие за Христом, все оставили, и родных и близких, а приобрели весь мир. Весь мир стал Христов, а для кого ещё не стал, у того все впереди, и призыв Спасителя “иди за Мной”, и предостережение “что ты гонишь Меня”, только это надо услышать, и тогда слова эти приведут к Тому, без Кого нет ни жизни, ни движения, и без Которого мы все, живущие на земле, “ничего не можем”!

ХХХ

Мысли накануне 7 ноября

Мама очень любила песню “Жило двенадцать разбойников”. Это песня про наши грехи, ведь если мы грешим,  то мы и есть разбойники.  А в 1917 году многие превратились в разбойников, пострашней того Кудеяра: разбойник из песни “много пролил крови честных христиан”, а сколько её было пролито советскими разбойниками за годы советской власти. Морили нас сотнями, тысячами, миллионами, куда там Кудеяру со товарищи. А теперь многие  с умилением вспоминают те годы разбоя: жили-то, как у Ленина и Сталина за пазухой, тепло, светло и мухи не кусают. Хочется им  вновь подняться на пирамиду мавзолея, стоять наверху, улыбаться, махать руками, приветствуя улыбки проходящих мимо колонн… Мечтают вернуть те семьдесят лет, как потерянный рай…

Может, все-таки, следует нам задуматься всерьез о том, какой рай мы действительно потеряли, и о чём стоит слезы проливать, чтобы дети наших детей не строили больше на земле “рай” вместе с разбойниками, а искали бы Рая Небесного. 

ХХХ

День Ангела

Еду в маршрутке накануне дня моего Ангела и молюсь... Вдруг, словно звенящая стрела, пронзают меня слова молитвы :“сподоби доброе положите начало и совершите служение сие ужасное и приими от мене жертву сию о всех  живых и умерших требующих Твоея милости”. Раз прочитал,  два прочитал и весь затрепетал... Еду и ни о чем другом думать не могу... Кто я, чтобы стоять между престолом, на котором Сам Господь, и  народом... Ужас меня объял... Кто я, чтобы приносить эту жертву за всех живых и умерших. “Выйди от меня, Господи, ибо я человек грешный.”  Понял Пётр, Кто с ним в лодке, и ужаснулся... Понял и я, с кем я в лодке... и ужас меня объял. Я же не ангел,  а обыкновенный смертный человек... а совершаю то, что ни ангелы, ни херувимы совершать не могут, за что Господь наградил меня таким служением? Ведь никакой заслуги моей  в этом нет. Почему  Он меня выбрал? Я стою перед Ним и трепещу и должен так стоять до последнего издыхания... и приносить эту жертву о всех живых и умерших, то есть ушедших с самого сотворения мира... и всех живущих... Да какую же власть и какое дерзновение дал Господь мне,  простому смертному.

Не было у меня ещё такого дня Ангела, чтобы столько приоткрылось мне о моём священстве... и то, что я выразил этими скучными словами, ни в коей мере не выражает того, что я чувствую... Тот ужас, который объял меня, когда я понял, Кто “со мной в лодке”, и только слова Петровы могут как-то объяснить мое состояние. Других слов у меня нет....  Выйди от меня, Господи, ибо я человек грешный.

Петр  затем плакал и рыдал, когда Господь вышел от него,  потому что Петр  предал Его, как и мы предаем... и от нас выходит Господь, а без Него мы не можем...   Так и плаваем всю жизнь, и Господь нас не гонит, а дает власть "вязать и решать".

Сколько надежды, сколько глаз смотрят на тебя и ждут твоей молитвы за всех ушедших и живущих... Стой и служи, потому что сила Божия в немощах совершается, а здесь уж такая немощь.... Но  в этой-то немощи, может быть, и вся сила. Поэтому  стою и служу... и не испепеляет меня Господь ради тех, кто пришел помолиться, и верю, - раз не покинул Господь Петра, то не покинет и меня и даст силы для служения.

Помолитесь в этот день за меня, предстоящего у Святого Престола, простите мне мои грехи.…   В той лодке, где Кормчий - Сам Господь, всем места хватит.... и как бы мы ни просили: “Выйди от меня, я человек грешный”, - Господь никогда не оставит лодку и тех, кто в ней, потому что любит!

                                              хххх

Памяти святого благоверного князя Вячеслава Чешского

Какими словами выразить те чувства, который испытывает каждый из нас в день Ангела своего святого?! Здесь и благоговейное почитание памяти святого, и горячая к нему молитва, и умиление от чтения его Жития, и духовный восторг от всей службы Божией, совершаемой в этот день. Душу переполняет радость оттого, что у тебя есть Ангел Хранитель, данный тебе Богом, радость от духовного общения со своим святым, от благоговейной молитвы к нему, укрепляющей немощь духа, радость от соединения с Господом. Каждый старается в этот день стать причастником Тела и Крови Христовых, чтобы соделаться причастником Вечной Жизни.

Имя святого, которое ты носишь, особенно близко тебе, ты часто призываешь его в молитвах. Начиная со времен Ярослава Мудрого, который дал имя Вячеслав одному из своих сыновей, русские люди стали давать это имя своим детям. Благоверный князь Вячеслав очень любил духовенство, заботился о священниках, о храмах, сам пек просфоры, сам отжимал вино и с восходом солнца спешил на службу… 

Кротостью и смирением, несмотря на высокое происхождение, была отмечена жизнь благоверного князя Чешского Вячеслава: “он не только знал книги, но и исполнял заповеди, всем убогим делал доброе, бедных кормил и одевал, по евангельскому учению больных рабов питал, вдов не давал обидеть, всех людей, убогих и богатых, миловал, все храмы украсил золотом, веровал в Бога всем сердцем, делал все благое в своей жизни”.

Благоверный князь претерпел мученическую кончину: он был зарублен, когда шел к заутрене, на пороге церковном, по заговору своего брата Болеслава. Три дня и три ночи кровь его не уходила в землю на месте мученической кончины. Она, как и кровь Авеля, вопияла к Богу об отмщении.

Я всегда старался узнать как можно больше о своем святом покровителе, собирал книги и отрывочные сведения о нем, где только мог, а иконы благоверного князя Вячеслава обычно сами приходили в мой дом... На одной из икон князь Вячеслав изображен с виноградной кистью в руке. Ночью, тайно, он со слугой наполнял корзины виноградом своего виноградника и сам отжимал из него вино для службы Божией. Благоверный князь Вячеслав принял мученическую кончину очень молодым (по некоторым сведениям ему не было и 20 лет), но интересно, что на некоторых иконах он изображен маститым старцем, как бы умащенным благочестивой мудростью несмотря на свой юный возраст.

Ныне весело ликует Прага, твой славный город, почитая твою память и светло озаряясь твоими чудесами. Благоверный княже Вячеславе, моли Бога о нас!

ххх

Лазарева суббота

Лазарь воскрес! Эти слова как бы предваряют пасхальное приветствие  “Христос Воскресе!”  Воскресение Лазаря какое-то действительно лазоревое,  напоминающее драгоценный камень лазурит, и слёзы Спасителя бирюсинками катятся по щекам… Господь нам пример показал, как мы должны плакать о наших “четверодневных”, а потому и нам должно в этот день пойти на могилки к нашим близким и друзьям, как Господь пришёёл на могилу к другу Своему Лазарю, и поплакать о них благодатными слезами. Мы говорим “Господь терпел и нам велел”, а ведь можно сказать и так: “Господь плакал и нам велел плакать о своих близких”, принести им самое драгоценное, что у нас есть - слезы, а остальное Господь донесет в День Страшного Суда, когда скажет всем усопшим: “Лазарь, гряди вон!”

ххх

1998 год. 12 апреля. Вход Господень в Иерусалим.

Завтра мой день рождения, 60 лет. Почему-то никогда не думал, что доживу до этих лет, просто невероятно, какая-то огромная цифра, не пойму, мне ли шестьдесят или кому-то другому? И сегодня только в воскресной школе понял - мне. Когда была ещё жива мама, она мне  говорила: сынок, смотри, скоро тебе будет шестьдесят.  И вот это время настало. Дома меня некому поздравлять: нет ни мамы, ни Тамары. А в воскресную школу не успел войти, как  многолетие мне такому-сякому пропели, чудесный деревянный иконостас подарили, иконы: Божьей Матери “Нерушимая стена” с воздетыми руками и преподобного Серафима Саровского, благословляющего всех нас и нашу школу, и меня грешного, лампадочку какую-то  особую, чудесную, маленькую-маленькую керосиновую лампочку, напоминающую о войне, благоухающие цветы. А самые красивые - это те, кто дарил: ребятишки и их мамы. Наверное, когда будет очень плохо, вспомню этот день, и потеплеет на сердце, и если будет что-то тяжелое, то отойдет, уж очень хорошо сегодня было.

И я кое-что вспомнил из своей жизни: и папу, уходящего на войну, и бабушку и маму, его провожающих, и себя маленького, ведь что-то я запомнил из того времени, что-то отложилось в моей тогда ещё маленькой  головенке. Ребятки сидели, слушали, спасибо им за это. Вот так проходит всякая человеческая жизнь, и только если в ней присутствует Господь, Божья Матерь, святые угодники, то можно сказать, что она прожита не зря, потому что они помогают жить и строить жизнь.  С Господом тепло и благодатно, и того, кто тебе  Господа в сердце вложил, всю жизнь благодарить надо и молиться о нем. Спасибо ребятишкам, мамам и семьям за поздравления, теперь бы только помог Господь провести страстную седмицу и всем нам в радости встретить Светлое Христово Воскресение. Как чудесно, что существует воскресная школа и такие чудесные ребята, будущее нашей Православной Руси, её опора и поддержка.

                                        ххх

Я подумал, что икона Божией Матери “Нерушимая стена”, которую ученики Воскресной школы подарили мне на шестидесятилетие - это как бы итог всех моих обращений к Ней, Пресвятой Богородице. Молился ты Ей, просил защиты за себя и за других, шли эти молитвы к Ней, и стала Она, Божья Матерь, нерушимой стеной за всех тех, о ком я молился. Эта икона теперь у меня дома, и я  чувствую себя за ней,  как за каменной стеной - тепло, уютно, спокойно.

 Названия икон Божьей Матери говорят нам о многом. “Погиб, погиб, - стенает человек, -  всё, пропал, нет мне прощения”. Такого натворил, что и глаз к небу поднять не смеет. Пришел в храм, не имея никакой надежды на спасение, а перед ним - Она, Божья Матерь “Взыскание погибших”, которая его и найдёт, взыскует с самого дна, откуда, казалось, и нет возврата, вселит надежду  в отчаявшееся сердце, поднимет человека из бездны греха.

    Если ожесточилось твоё сердце, плохо тебе со всеми, злоба на сердце и никого не хочется видеть, то вспомнишь, что есть икона “Умягчение злых сердец” - смягчится твоё сердце и потеплеют сердца твоих близких...

    Одолеет человека скорбь, и опять бежит он к Ней - припадает к иконе "Всех скорбящих Радости".    Скорбны будете в мире... Но у нас есть утешение в скорбях, болезнях, напастях - стоит Она в окружении этих скорбящих, а они все, как малые дети, вокруг неё: и холодные, и голодные, и раздетые, и разутые, и нагие... Если Она - с нами, со скорбящими и несчастными, то в наши сердца начинает проникать надежда и вера на помощь.....

    Икона “Утоли моя печали” говорит нам о том, что в вечной жизни не будет ни печали, ни воздыханий, а в этой земной жизни Сама Божья Матерь утоляет наши печали, как мы утоляем жажду прохладной ключевой водой в жаркий  день.

Наткнулись в жизни на жестокость и бессердечие и со слезами кинулись в храм, а перед нами “Милостивая”:  “Не бойтесь, я окажу вам милость, я вас пожалею и не дам в обиду”. И отходим от Неё с радостью, с верой в то, что пошлет милость и смягчит сердце злых людей.

Отправляемся в путь, и если возьмем  с собой образ её “Одигитрия”, Путеводительница, то радостно будем путешествовать и возвращаться, потому что Она будет с нами.

“Неопалимая Купина” хранит нас от огня внешнего, хранит и от огня, пожирающего наш внутренний мир, который может просто сгореть от грехов, переполняющих нас и чашу терпения Господня. Вот-вот запылаем и сгорим - а рядом Она, Защитница, говорит нам: и гореть будешь, а не сгоришь, потому что Христос с тобою, твоя Неопалимая Купина.

Другой так согрешил, что не знает, простит ли его Господь, а входит в храм и видит перед собой “Споручницу грешных”, припадает к Ней и слышит: “Поручусь я за тебя, раб Божий, перед моим Сыном, только смотри не подведи меня. И опять  надежда проснулась в сердце грешника, и другим вышел человек из храма.

“Нечаянная радость”.... Сколько у нас нечаянных радостей благодаря Божьей Матери, что не перечислишь, просто их нужно уметь видеть. Для того, чтобы их увидеть, надо обратиться к Божьей Матери с молитвой.  Не перечислить всех Её даров к нам, грешным, из которых  самый главный дар - Её Покров над нами, который всех покрывает Своей Милостью, всех защищает, всем дает отраду и утешение, всех ограждает от зла!

                                        ххх

                    Друг... ты откуда?”

                          “Шел за тобой...”

                          “Кто ты?” - “Иуда”-

                           Шамкнул прибой.    

 Страстная седмица, мне кажется, ни с чем не сравнима. Особенно трогает чтение Евангелия. Чувствуется приближение страданий Господа. Становится тревожно, сердце и душа трепещет, где-то рядом с Господом предающий -   не я ли это. Не я ли предаю своего Спасителя, вчера и сегодня, и не живёёт ли Иудин грех в каждом из нас, “ни лобзанием ли предаеши Сына Человеческого”? Перед нами икона Спасителя нашего, и мы, грешные, целуем Его, целуем Его Пресветлый Лик и Пречистые стопы... А грехов у нас тьма и бездна... Не лобзанием ли предаем Его, нашего Искупителя? Как страшно целовать! В то же время мы не можем жить без того, чтобы ни прикоснуться, ни припасть, ни получить помощь через предательское лобзание; знаем, что, если не припадем , не поцелуем, то и не спасемся. Вот почему с плачем, с рыданием, бия себя в грудь подобно евангельскому мытарю, идём к Нему, нашему Избавителю и Искупителю. Иуды мы, раз грешим и не исправляемся, и распинаем Его своими грехами, и целование наше - это Его милость к нам, Его любовь к Нам. Знаем, что не оттолкнет, помилует, видит нашу немощь, видит нашу скорбь и со Креста сострадает нам, за нас с вами Распялся, наши грехи на Нем, и “язвами Его мы исцелехом”.

Мы в нашем целовании Его язв ищем помощи, поддержки, силы противостоять греху, а Иуда просто предал и получил деньги: “тогда Иуда злочестивый, сребролюбием недуговав омрачашеся”. Целование его и наше все-таки разное.   Так прикоснемся к Нему, Спасителю нашему, целованием “не яко иуды” и получим исцеление нашим страждущим душам.

 

***

 

Канун  Праздника Споручницы грешных

19 марта 1999 г.

Я исповедывал сегодня в храме, когда ко мне подошел в подряснике молодой человек: “Батюшка, я из Никольского монастыря из-под Курска, у нас есть там два иеромонаха, они вас знают, вы когда-то принимали участие в их судьбе. А ещё вам благословение и поклон от старца Архимандрита с Афона (и назвал имя, которое я не запомнил, потому что был сосредоточен на исповеди), он передал вам эту иконку Божьей Матери”. Я его спрашиваю: “Как тебя зовут?”. Он отвечает: “Отец Вячеслав”. Я ему говорю: “И я - отец Вячеслав”. Он удивленно отвечает: “Надо же!” Я на минутку отвернулся, а когда снова обратился к нему, его и след простыл.

Я вошел в алтарь и только тогда опомнился: да как же так, передает мне поклон и иконочку, а сам не знает, как меня зовут. И тут взяла меня какая-то духовная робость. Дело в том, что я всегда молюсь Божьей Матери, а особенно Споручнице грешных, чей праздник будет отмечаться завтра. Утром я прочитал Ей акафист, а когда ехал на службу, то что-то меня давило, как-то неуютно было на сердце… Появление удивительного дьякона Вячеслава вывело меня из этого состояния. Он, словно ангел, с улыбкой передал мне икону “Достойно есть” и с улыбкой же тотчас исчез. Если бы не икона в руках, я бы мог подумать, что все это мне приснилось….

Сегодня же  мне подарили фотографию митрополита Антония Блюма. На обороте Владыка написал всего два слова: “о.Вячеславу - М. Антонiй”. Я видел Владыку только один раз, в чертогах Академии, в Троице-Сергиевой Лавре, окруженного студентами. А недавно мои духовные чада, Наталия и Димитрий, ездили в Англию, и я передал с ними  митрополиту Антонию небольшое письмо, где в очень простых словах выразил ему признательность за всё то, что он делает для Церкви, и напомнил ему об одном небольшом эпизоде, который, конечно, он и помнить не мог. Много лет назад моя мама подошла к его машине во дворе Николо-Хамовнического храма и попросила у него благословения. Владыка вышел к ней, а мама удивилась и обрадовалась тому, что он не стал благословлять её через стекло, а вышел из машины для того, чтобы благословить незнакомую старушку. Я написал ему также, что молюсь за него. Наташа рассказывает, что в храме не было фотографии Владыки, и ей единственное фото нашла женщина, которая торговала свечами. Я сижу, смотрю на него: очень добрый и открытый взгляд, и кажется, что улыбается он именно мне и никому другому, во всем его облике есть что-то родное и дорогое… Я бы не удивился, если бы он написал не отцу Вячеславу, а Славе… Какая у него замечательная панагия, простая круглая икона, почти на иерейской цепочке, безо всяких украшений, такие иногда носят миряне, только у них иконы поменьше размером. Наташа привезла также просфоры и свечи из лондонского Русского кафедрального собора, открытки и расписание богослужений.  А я-то когда туда соберусь? Всё занят, дела, да дела… Чудесно то, что Владыка сам ко мне в гости пришел, поставлю его фотографию в рамочке на столе, сядем мы и чайку вместе попьем. Всем приходящим ко мне буду о нем рассказывать, потому что я люблю его  и молюсь за него, а его “благословение и любовь” будут всегда со мной.

Так Божья Матерь и Владыка Антоний посетили меня под праздник Споручницы грешных и сделали его для меня радостным и чудесным. Видно Владыке тоже захотелось побывать в Москве в праздник Споручницы, вот он и “прилетел” ко мне.  С Праздником Вас,  дорогой Владыко!                                                         

                                                      С бесконечной к Вам любовью,

грешный батюшка отец Вячеслав

                                       

 

 ххх

Почему мы о скоропреходящем думаем, как о вечном, а о вечном совсем не думаем или думаем очень мало? Как будто вечна наша работа, вечна семья, вечен наш дом, друзья, вечен наш жизненный путь…. Конечно, без серьезного отношения к временной жизни было бы трудно создавать семью, работать. О том, что все это преходяще, напоминает храм, молитва. За всем этим невечным, что нас окружает, кроется вечное, с которым невечное так крепко связано, что порой кажется вечным. Раз мы за все свои земные дела должны будем держать ответ, значит и то, как мы живет, как мыслим, имеет непосредственное отношение к вечности и входит в нее. А, значит, живя здесь, нельзя обижать людей, лгать, убивать, ненавидеть,  - ведь за этой земной "вечностью" проглядывает вечность вечная.

ХХХ

Мысли накануне Нового года

   До Нового года осталось три часа... Завтра мне служить: как хорошо и промыслительно начинать Новый год с литургии - за всех можно помолиться новогодней  молитвой. У меня нет дома ни елочки, ни Деда Мороза, ни гирлянды, никакого сверкания-блистания, - одна новогодняя молитва, за всех и за вся. Ко мне праздник пришел в молитвенной радости, освещенной  небесной рождественской звездочкой, она уже в пути, показывает всем, где найти Христа-Богомладенца.

Если все празднуют Новый год и радуются, то и я, пастырь, должен быть со своими овцами, не оставлять их. Завтра буду молиться за всех, и, особенно, в эту ночь новогоднюю, чтобы не грешили, а больше было бы радости, любви и доверия друг к другу, чтобы они смогли увидеть за наряженной елочкой Самого Христа Младенца, лежащего в яслях, и поклонились бы Ему. А елочка превратилась бы в рождественскую, ведь новогодняя ночь приносит много чудесного...

Самая главная радость - в подготовке к Новому году. Прежде надо было найти елочку (это сейчас они на каждом шагу), выстоять в длинной очереди, а то и всю ночь у костра прождать.... С продуктами было плохо:  все доставалось с большим трудом, с переплатой или по знакомству. Затем украшали елку игрушками и огнями, пекли пироги. Но наступал Новый год: зажигалась елка,  гас  свет, включался телевизор, поднимались бокалы и все вставали со счастливыми лицами, поздравляли и целовали друг друга, желали счастья,  и звон хрустальных бокалов наполнял комнату. Потом садились и ели.....  И вдруг... все становилось каким-то пустым и скучным, было неясно, что делать дальше: петь, плясать, радоваться, а чему? - Ведь Христос ещё не родился, радость от Рождества Христова ещё не пришла в мир. Все свои взоры устремляли в телевизор, вот он нас теперь рассмешит, наполнит радостью, которой у нас нет, - и до трех-четырех утра все “радовались” так, что глаза слипались, хотелось спать, но спать было нельзя, потому что надо было “веселиться”, что поделаешь, Новый год...

За предновогодними хлопотами многие христиане забывали прийти накануне в храм на благодарственный новогодний молебен, совсем забывали о посте... А надо бы и в храме помолиться, и стол сделать поскромнее, чтобы не тяжелела душа от избытка пищи, а искрились глаза и радовался бы человек в предчувствии скорого Рождества. Рассказывали бы друг другу новогодние рождественские истории и обошлись бы без телевизора, чей шум и грохот совсем ни к чему в тихую новогоднюю ночь....

Смотрю за окно: у многих зажглись елочки, мигают и подмигивают мне, поздравляют с Новым годам. Десять часов вечера - пора спать. Завтра рано утром мне идти на службу. Днем сегодня я был на могилках, принес еловых веточек и поздравил своих с наступающим Новым годом, как и раньше всегда это делал... Вспомнил рассказ Достоевского “Мальчик у Христа на елке” и подумал, что если там, в вечной жизни, Христос устраивает елку для детей, то, может,  Он и взрослых не забывает, и для них елочку на Рождество готовит... Кто знает... Уйдем ко Господу и, может быть, увидим такую елку, какую мы никогда в этой жизни не видели: сияющую в вышине райскими огнями, а под ней все жители земли хороводы водят и поют: “Христос рождается, славите...”

     Господи,  не остави меня без этой рождественской елки, не оставлял на земле, не остави и в Твоём Царствии Небесном!

 

 

ххх

Званые на пир..

Пиры бывают разные. Обычно, когда нас зовут в гости на пир или мы зовем гостей, то отказать бывает очень трудно. Идем, чтобы не обидеть родню, знакомых, сослуживцев. Чтение Евангелия о Званых на пир приурочено к Новому году. К празднованию Нового года люди привыкли, привыкли  собирать застолья и собираться вместе. Праздник довольно безобидный, только в него надо привнести что-то христианское так, чтобы в нем присутствовал Иисус Христос, ожидаемый в течение всего Рождественского поста. Тогда теплее станет в наших домах и  сердцах. Отказаться же от него мы пока не сумеем, люди привыкли… Но давайте не отказываться от того брачного пира, на который зовет нас всех родившийся Христос. Рождество близко, и  ни это ли брачный пир Им уготованный для нас. Где Христос, там ведь всегда пир и торжество: стол Мой ломится от яств, не отказывайтесь от Моего пира.  Есть ещё у вас время подумать, все взвесить и в путь дорогу собраться. Надевайте все самое лучшее,  пусть радостью наполнятся ваши сердца оттого, что зовет  вас Хозяин  вселенной, а то ведь  Он может обидеться и перестанет звать, тогда в удел вам останутся только пиры земные.

                                            

 

  ХХХ   

Позвал нас всех Господь на Свой брачный пир… а с чем мы пришли? С чем и в чем мы приходим на пиры земные…с утра бежим за цветами, стараемся получше одеться, причешемся, украшения на себя нацепим, подарки захватим, постараемся не опоздать, иногда месяцами будем об этом мечтать, мол, когда же  этот торжественный для нас момент.

 А сегодня… Сам Господь - виновник нашего торжества!  Как мы одеты? Да во что попало. Кто в чем был, в том и пришел: на ком грязный комбинезон, на ком засаленная телогрейка, на ком  грязные сапожища, на которых по пуду грязи, непричесанные, немытые и небритые, даже зубы не почистили. А в руках у нас какие подарки, какие цветы? Или ничего нет, или есть то, что и подарками назвать нельзя, просто схватили, что под руку попалось и пошли. Пришли и сели… расселись и ждем, мол, радуйся, Господи… Хоть пришли, а то могли бы и не прийти… Сидим и ждем, вот, мол, сейчас пир начнется, угощение подадут, а  угощения-то, все нет и нет… И вот входит Господь, посмотрел на нас и печально, больно Ему стало за нас и стыдно. Звал, мол, звал, предупреждал, времени дал достаточно, чтобы подготовились, а они…. Нельзя же у Царя Царей в таком виде сидеть. К знакомым-то шли готовились, а ко Мне - нет… Позвал слуг, да и выгнал всех вон, во тьму кромешную, где плач и скрежет зубов… И велел слугам позвать  бродяг, нищих, калек, не пропадать же столу с яствами. И вот эти убогие и загнанные люди, услышав, что их приглашает Сам Царь, хоть как, но привели себя в порядок, одели хоть недорогое, а все чистое и какие никакие подарки с собой захватили, и наполнился пир возлежащими, и радостно стало Господу-Царю, что хоть в них не обманулся. А нам всем дал  ещё срок для подготовки, сжалился над нами: ещё, мол, потерплю и не произнесу над ними Своего последнего Суда. Теперь нам время терять нельзя, а надо готовиться и думать, и мечтать только об этом, а то если ещё раз нас выгонят, тогда уже всё - навсегда и навечно кромешная тьма, где нет ни пира, ни Господа! Пронеси, Господи, это мимо нас и помилуй!

ХХХ

Прощеное Воскресенье

В Прощеное Воскресенье у всего народа надо просить прощенье. Встать бы на площади, поцеловать  землю, поклониться на все четыре стороны и сказать: “Простите, перед всеми виноват, не только перед людьми, но и перед кошками и собаками, перед всякой тварью, перед каждой былиночкой и травиночкой, каждым камушком и цветочком. Простите и помолитесь за меня, страшно я жил, страшно грешил, страшно, что не каялся и не прощал, никчемный я человек…”  Может и отзовется земля, может, и откликнутся на твой покаянный вопль люди.  Коснулось ли тебя Прощеное Воскресенье? Понял ли ты, что такое просить прощения у всех и вся и прощать всех? Головы от земли не поднимай, ведь ты такой грешник, каких не было от сотворения мира, а потому не ищи в другом человека грешнее тебя…  Стой так до Второго Пришествия, может, и простит тебя Господь по Своей милости.  


 

ПАМЯТЬ ИХ В РОД И РОД...

        Мы все уходим понемногу
        В ту страну, где тишь и благодать.

        Может быть, и скоро мне в дорогу

       Бренные пожитки собирать.

 

рекрасно сказал Есенин. А какие у нас пожитки? Только добрые дела, ничего больше мы с собой не возьмем. Уходят мои товарищи по Семинарии: отец Прокопий Харитошкин, отец Стефан Ткач, отец Александр Мещеряков.   Недавно ушел отец Владимир Рожков, с которым мы вместе учились, дружили. Я храню о нем очень хорошие воспоминания. Все, с кем я учился, потихонечку  приближаются к той черте, за которой - вечная жизнь. Что нас там ждет, пастырей Церкви? Как примет нас Господь, облеченных властью прощать и разрешать? Простит ли и разрешит нас? Выделил Он нас в этой жизни земной, выделит ли там? А вдруг все наши пасомые в райских кущах будут обитать, а мы - в котлах кипящих! Вдруг нас ждет такая печальная участь? Страшно впасть в руки Бога Живаго! Только на милость Божию можно надеяться и молиться. Милость Божия да пребывай с ушедшими!

           Милые березовые чащи!

          Ты земля! И вы, равнин пески!

          Перед этим сонмом уходящих

          Я не в силах скрыть моей тоски.

                                                ххх

        Отговорила роща золотая

        Березовым веселым языком,

        И журавли, печально пролетая,

        Уж не жалеют больше ни о ком.

       Кого жалеть? Ведь каждый в мире странник -

        Придет, зайдет и вновь оставит дом.

        О всех ушедших грезит конопляник

        С широким месяцем над голубым прудом.

Журавли, должно быть,  не жалеют, что они летят к Господу, Который их сотворил.  У них нет грехов. А мы на земле жалеем - жалеем ушедших, а особенно своих близких. Дороги они нам, вся наша земная жизнь связана с ними.  И если здесь, на земле, расставание с ними причиняет нам такую боль, что же тогда говорить о возможной разлуке в жизни вечной? Как же нам надо здесь жить и молиться, чтобы там быть вместе? А мы себя к этому не готовим. Что если Господь пошлет нам там встречу с нашими любимыми, а потом сразу же разведет врозь? “Ты иди сюда, а ты иди туда!” И кинем мы последний взгляд на милые  лица,  и зарыдаем: “Господи, что хочешь с нами делай, только не разлучай!” Может, за этот крик души, за нашу любовь и помилует Он нас, так как  больше не за что.

           И если время, ветром разметая,

            Сгребет всех нас в один ненужный ком...

            Мы скажем так... что роща золотая

            Отговорила милым языком.

                                        ххх

            Мне меньше полувека - сорок с лишним,

            Я жив тобой и Господом храним,

            Мне есть, что спеть, представ перед Всевышним,

            Мне есть, чем оправдаться перед ним...”

А у меня нет ничего, только слезы. Высоцкий, может, не понимая того, тянулся к Богу. Во всех его песнях  боль за нас, боль за страну, боль о том, что у нас все не так, как у людей, все перевернуто. Он это очень остро понимал и чувствовал. Он чувствовал, что и с церковью не все в порядке: “ нет и в Церкви все не так...” Певец, он себя и в вечной жизни  представляет поющим. Я помню, как и священники слушали песни Высоцкого и этим  тоже отводили душу. Его песни действовали на всех, они могли пробудить и веру: ведь если здесь все не так, то значит, где-то есть и высшая правда, есть где-то место, где все так - Царство Божие; и есть Тот, перед Кем мы все дадим ответ за то, что все у нас здесь не так.

Думаю,  не я один плачу над стихами и песнями Высоцкого... “Может, кто-то когда-то поставит свечу...”, - это его обращение к нам, живущим. Давайте поставим свечу за упокой раба Божия Владимира , чтобы ему там было потеплей и посветлей.

                                        ххх

Дверь в храме...  сколько человек входило в нее, а потом ... а на чьих-то руках их уносили... в вечность. Дверь приотворена, она не закрывается, ждет других: меня, тебя, всех нас... И как сплавляют по реке плоты, “столетия плывут из темноты”... за дверью - другая дверь, она тоже приоткрыта, там - Царство Небесное, через нее нас пронесут ангелы, если будем достойны.... Дверь из одной комнаты в другую, из мира грешного - в мир, сияющий Божьей славой. И хотя бы в щелочку посмотрю: как там нашим близким, хорошо ли, уютно ли? Не усилить ли нам о них своей молитвы?

Двери...  нас окружают двери... и все куда-то ведут: одни скрипят,  другие хлопают, третьи с трудом открываются, и только та дверь, через которую мы уйдем в вечность, всегда приоткрыта....  О ней мы должны помнить, нас там ждут Господь, Божья Матерь, угодники Божии, наши близкие. Только не хлопай дверью, уходи тихо-тихо, под пение “Святый Боже, Святый Крепкий, Святый Бессмертный, помилуй Нас!”

ххх

Измайлово.

 Я совершаю отпевания, в том числе и заочные. После отпевания, когда я раздавал землю и “разрешительные молитвы”, подходит ко мне бабушка и говорит:

- Батюшка, я заказывала заочно Иоанна.

- Да здесь такого нет.

- Ну, как же,  ведь я заказывала.
 - Здесь вот Анна есть, а Иоанна нет.

 - Анна - это я.

Видно, при оформлении её спросили, как зовут того, кого будут отпевать, а она решила, что спрашивают её имя, и сказала “Анна”. Стоит она передо мной растерянная и печальная. Я взял разрешительную молитву, прочитал, назвал громко “Иоанн”, а ей сказал:

- Иди, не расстраивайся, Иоанна мы будем поминать, а ты проживёшь долго-долго. Повеселела она, взяла землю и ушла.

ххх

Размышления под родительскую субботу 1998 года.

Сейчас много пишут о том, что связано с почитанием умерших - о крестах, о памятниках на могилах ... И часто авторы, сами не замечая того, больно ранят людей своими “истинными и верными” поучениями, усугубляя  их печаль  по усопшим. Крест, мол, должен быть только деревянным, а начертанный на мраморных плитах не признается; тяжесть мраморной плиты давит на усопшего, и ему от этого плохо и неуютно; нельзя ставить свечу, если нет креста... (тогда получается, что нельзя и молиться), нельзя помещать иконы и фотографии на памятниках и т.д. Чего действительно нельзя делать, так это обижать людей. Люди в горе, делают все от чистого сердца, верующие и неверующие (в горе человек бывает самим собой, здесь он  не притворяется, что бывает очень редко в нашей жизни). Прочитает человек такое (а ему и без того плохо) и всю жизнь будет мучиться, потому что многое уже не исправишь.

Мне кажется, что самое главное - это помолиться на могилке своего ближнего, вздохнуть за него, поставить свечу (разве нельзя свечу поставить, например, в чистом поле и молиться?). Огонь свечи означает нашу горячую молитву за усопшего - только это и ничего другого. А тяжелые массивные надгробия стоят на могилках и священников, и архиереев, и на могилках новомучеников российских. Тяжело ли им от них? Если бы они могли ответить, то улыбнулись бы и сказали: “Не занимайтесь чепухой, молитесь о нас, это для нас самое главное...”

Батюшкам, сочиняющим такие “сказки”, нужно очень серьезно подумать, так как они имеют дело  с душами и сердцами людей, которых, прежде всего, нужно любить, особенно тех, кто в горе....

                                 ххх

Вячеслав Винников

Протоиерей Вячеслав у могилы матери

 

 На маминой могилке деревянный крест, а на кресте икона Божией Матери “Споручница грешных”. Поплачу, помолюсь, а если есть время, то акафист пропою этой чудотворной иконе. На могилке матушки стоит мраморная плита с крестиком. И у мамы, и у матушки зажигаю свечечки, - и на душе теплеет, и печаль уходит, благодатно и хорошо.... Иду к отцу Павлу, который меня крестил, он всю жизнь был священником, и у него в мраморный крест вставлена икона Божией Матери “Споручница грешных”. Иду дальше - ректор Духовной Академии протоиерей Смирнов. У него в мраморное основание для креста вделана его большая фотография. Около алтаря храма похоронен отец Михаил Голунов, настоятель храма всех Святых, что на Соколе. На его могилке фотография, изображающая отца Михаила в полный рост, с крестом. Я, когда провожал матушку и маму в путь “всея земли”, то в руки им вложил по образу Божией Матери “Споручница грешных”, чтобы и там они чувствовали, что Она с ними и не оставляет их своей материнской заботой и теплом.

         Всем ушедшим - вечный покой с Господом!

                                   ххх

Часто посещая могилки мамы и Тамары, я  задумался о тех, кто провожает усопших в последний путь. Кто они? Близкие люди, родственники, священники и... могильщики. Так, к примеру, их может быть всего трое: жена, провожающая мужа, священник и тот, кто погребает ушедшего в землю. Вот такая непростая миссия у работников кладбища... И, конечно, лучше бы им не пить, не курить и не ругаться. Хотя, когда они заняты своей печальной работой, то ведут себя достойно, честь и хвала им за это.

    Почти все могильщики на Даниловском кладбище со мной  здороваются, бывает и за руку,  многих я даже по именам знаю. С каким благоговением нужно работать на кладбище! Это почти то же самое, что работать в Церкви. Кладбище - это Церковь, которая продолжается в вечности. Церковь раньше окружал погост: внутри стоят и  молятся живые, а вокруг церкви лежат усопшие и тоже молятся в ожидании Страшного Суда.

Иду я как-то по кладбищу и вижу, как молодой парень роет могилу. Он всегда со мной здоровается,  говорю: “Бог в помощь!” и останавливаюсь возле него. Он рассказывает мне, как был в роддоме, и на вопрос “Сань, где ты работаешь, чем занимаешься?” ответил: “Вы встречаете того, кто приходит в мир, а я провожаю”. - “Как это так?” - “Не понимаешь? Работник я кладбища, такие вот дела у меня на земле”. Он, оказывается, после десятилетки занимается таким “необычным” делом и не курит, не пьет, не ругается (я-то это вижу). Глядишь, заслужит и себе хорошие проводы и хорошую встречу от тех, кого всю жизнь провожал, да и Господь за это не отринет его и окажет свою милость.

                                   ххх

Всё-таки очень много дает посещение могилок, особенно если ты там молишься. Это  особое чувство, отличное от всех других,  таинство, где погружаешься в  особенную духовность.Здесь особый покой, особое место, и все житейское отходит... Хотя и в храме “оставим всякое житейское попечение”, но здесь, на могилках, всё по-другому, здесь какая-то неизъяснимая радость и печаль сошлись вместе... благостно, тихо и спокойно... Как же много теряют те, кто забыл могилки своих близких, как они обкрадывают себя. Говорят: чтобы не расстраиваться, меньше надо ходить в эти печальные мечта. Господь нам дал эти места, и Сам Он здесь, и Божья Матерь, и святые угодники здесь пребывают, их присутствием освещена эта печальная земля... придешь, и как будто в Божью семью попал, где все вместе, и усопшие и живые, и понятными становятся слова “Бог не есть Бог мертвых, а Бог живых”. Когда мы все вместе здесь собираемся, то оказываемся в преддверии вечной жизни с Господом, здесь, на могилках, нам чуть-чуть приоткрываются врата в Царствие Небесное, и потому так не хочется уходить отсюда, что Царствие Божие близ...

Попробуйте, милые мои, прийти, принести им, усопшим, свою любовь, память, молитву, своё любящее сердце. И услышите, как они отзовутся и как им будет хорошо, и как хорошо будет нам. пришедшим к ним на могилки. Радуница - радость о Господе, радость о том, что с ними и с нами Господь, что мы все вместе.

                                  Ххх

Хорошо приходить на кладбище либо рано утром, либо ближе к вечеру. Рано, когда ты только встал, проснулся, а на кладбище тихо-тихо, усопшие спят, и ты боишься разбудить их громким словом, сидишь и тихо-тихо разговариваешь с ними. Хорошо бы и ко мне приходили на могилку рано утром и вечером, когда никого нет вокруг и можно спокойно помолиться, пропеть  литию или акафист, прочитать молитвы об усопших.… Сегодня я зажег свечи на могилках, пропел Пасху: “Христос Воскресе из мертвых, смертию смерть поправ и сущим во гробех живот даровав!” и слышал, как мама и Тамара мне подпевают, и гул идет по кладбищу. Радость Воскресения пришла к “сущим во гробех”!

ххх

8 октября 1998 г.

Такого со мной ещё никогда не было, сколько живу и сколько себя помню. Мамка, Тамара, простите... был у вас и с праздником не поздравил... я ли это, я ли? Отче Сергие, прости, твой день... твой праздник, что мне мешало тебя вспомнить, помолиться, обратиться к тебе и попросить о заступничестве... Правда, я каждый день к тебе обращаюсь, и в этот день не забыл, но забыл, что сегодня - твой, Сергиев, день, прости и каюсь, каждый год я был в этот день в Лавре... только последние годы оставил этот святой обычай: болезнь Тамары, старенькая мама, теперь болею сам. Вечером взял календарь в руки... 8-ое октября, Сергиев день, и руки опустились, и головой поник... никудышный я стал, никудышный... Вот сейчас облачусь, возьму в руки акафист... вспомню своих и вместе споем, простит меня Преподобный... и благословит, поможет в служении и на эти дни даст здоровья.

Преподобный Отче наш Сергие, моли Бога о нас!

                             ххх

 На кладбище подходит ко мне мужчина лет 70-и  и начинает разговор:

- Я вот жену здесь недавно похоронил, у нее сейчас был.

- И я тоже. А ты в храм-то ходишь, молишься?

- В храм не хожу, а Бога призываю.

Крестится и смотрит на меня вопросительно. Вначале руку кладет на живот, потом на левое плечо, на лоб и на правое плечо (или опять на живот) и произносит: “Пусть земля ей будет пухом”. Это, надо понимать, его молитва о жене. Я ему говорю:

- Да так только неверующие молятся. Что же ты дожил до таких годов, а ни в храм не ходишь, ни молитв не знаешь, креститься даже не умеешь. Молись за жену, в храм ходи, причащайся. Что же ты ждешь, когда тебя туда вперед ногами принесут?

Смотрит на меня с опасением и отходит в сторону. Я ему вдогонку:

- Я батюшка, священник…

- Вот оно что…

Ещё раз оглядывается и уходит. Вот такой советский мужичок, с молитвой, которой его научила советская власть: вместо “Упокой Господи жену мою” - “Пусть земля ей будет пухом”…   Пропел я “Со духи праведных скончавшихся” и пошел домой…

                                              ХХХ

                 Есть одна хорошая песня о соловушке,

                Песня панихидная о моей головушке.

Как хорошо сказал Сергей Есенин, вернее пропел - “панихидная песня”. Как бы мы провожали  близких, если бы не было православной панихиды? Что бы мы пели? Какие бы произносили слова? Самые распространенные слова у неверующих: “Пусть земля ему будет пухом”. Лучше ничего придумать не смогли. А какие у нас в Церкви напевы: “Покой Спасе наш с праведными рабы Твоя”, “ Со святыми упокой души усопших раб Твоих”.... И это при всем несовершенстве нашей жизни на этой земле... Поем   “с праведниками, со святыми” - и на душе становится легче. Как к нам милостив Господь! Лежит человек грешник, а Церковь ему поёт   “с праведниками, со святыми ...”. И провожающие в последний путь как-то успокаиваются и начинают верить  словам молитвы, и ещё усиленнее молиться за своих близких. Значит, и нас не оставит Господь, значит, и нам так будут петь, и нас так будут провожать в последний путь всея земли, хорошо-то как, и умирать не страшно... Так нас любит Господь! Но пока мы на этой земле, давайте хоть на самую малость станем лучше, чтобы заслужить хотя бы на йоту это чудесное  “Со святыми упокой”!

                                        ххх                    

В пряже солнечных дней время выткало нить...

            Мимо окон тебя понесли хоронить.

           И под плач панихид, под кадильный канон,

           Все мне чудится тихий раскованный звон.

     Этот звон, тихий и раскованный, чудится, наверное, всем, кто когда-либо провожал в путь всея земли своих близких: и погребальный канон под кадильный дым, и панихидный плач “плачу и рыдаю, егда помышляю смерть, и вижу во гробех лежащую по образу Божию созданную нашу красоту”, и печаль, что неотлучна от нас, когда мимо окон несут наших близких и “кая житейская сладость пребывает печали непричастна”.  Как не увидеть в этой “пряже солнечных дней” нитей вытканных наших дней... Сколько нам их ещё осталось, один Господь весть. Плачем, рыдаем мы об усопшем и себя вместе с ними оплакиваем: и нам уходить, и нас понесут мимо окон, и по нам будет звучать этот чудный звон. Чудесные погребальные песни и чудесное христианское прощание: “приидите, последнее целование дадим братие умершему, (за все) благодаряще Бога...” А так здесь на земле “все суета сует  и томление духа”, и ничего-то мы с собой не возьмем... “Вся суета человеческая, елика не пребывают по смерти: не пребывает богатство, не сшествует слава: пришедшей бо смерти, сия вся потребишася...”

Панихидная и небесная эта песнь так и звучит в ушах и не дает покоя, разносится по лицу всея земли, будит нас от житейского сна, расковывает наши сердца. чтобы пробудились мы от греховного сна, ведь мы ещё живы, обратили свой взор ко Господу.... Жизнь торжествует, она вечна, и вечная жизнь зовет нас, напоминает о себе чудными панихидными песнями.  Так обратим свой взор и “Христу безсмертному и возопиим: “преставленных от нас упокой, идеже всех есть веселящихся жилище...”. Веселящихся о Господе здесь и там...

ххх

Похороны мотоциклиста

Хоронили мы родственника, который был профессиональным гонщиком. В мотоциклах души не чаял, всю жизнь работал шофером и участвовал в гонках.  Когда похоронная процессия подъехала к воротам Хованского кладбища, то выяснилось, что до могилы нужно везти гроб ещё километра два по кладбищенским аллеям, а автобус неожиданно сломался и не может ехать дальше. К нам подходят рабочие кладбища и предлагают поставить гроб на мотоцикл с коляской. Вышли мы все из автобуса: я в епитрахили, с кадилом в руках, иду впереди всех, рядом со мной идет жена покойного Олега Васильевича,  а его самого в последний путь везет  любимая машина - мотоцикл.  Святый Боже, Святый крепкий, Святый бессмертный, помилуй нас….   Подходим к могиле, отслужил я литию, бросили по горстке земли, жена и говорит: “ Всю жизнь провел на мотоцикле - на мотоцикле и в последний путь его проводили…” Рабочие так и ахнули: надо же было автобусу сломаться и мотоциклу рядом оказаться, - во всех этих совпадениях нам приоткрылся Божий смысл происходящего, некая тайна, к которой мы приблизились на похоронах…

ххх

День памяти жертв репрессий.

Лубянка. Камень жертвам репрессий... Народ прибывает и прибывает: плакаты, зажженные свечи в руках, печаль и какая-то есенинская грусть летает в воздухе. Женщина держит две фотографии, на одной из них немолодой мужчина, а на другой - девушка, оба они улыбаются. Мужчина средних лет держит плакат “Позор красной Думе!”. Люди здороваются друг с другом, раздают газеты, кладут цветы к камню, из динамика несутся какие-то бьющие в самое сердце звуки, похожие на колокол, бьют по памяти, не забывайте мол. Прошел батюшка в рясе... Сам митинг мне не нужен, мне нужны люди, и мне хорошо среди них... Я спустился в переход и увидел мужчину, который спрашивал у милиционера, как пройти к камню. “А чего вам там делать?”- отвечает тот, с насмешкой в глазах.

Сколько зла и горя принесли на нашу землю коммунисты, “благодетели человечества”, и сколько ещё могут принести. А без них так хорошо ходить по Москве, заходить в храмы, молиться, видеть добрых и хороших людей, спешащих на работу, в церковь, друг к другу в гости. За что Господь попустил это адово племя на нашей земле?

                                  ххх

Сегодня день великомученика Феодора Стратилата, наш престольный праздник.  Я сижу и пишу: нога моя никак не проходит, а в храме сейчас владыка и батюшки служат праздник, который совпал с воскресеньем, и народу в храме должно быть много. Вспоминает его, воина Христова, молимся ему о том, чтобы помог он нам быть добрыми воинами Христа Спасителя нашего, а то порой совсем об этом забываем. А ведь были времена, когда только на них, таких воинах Христовых, да на бабушках держалась наша вера, и о них в этот день хорошо бы помолиться.

В этом храме я отпевал свою маму, свою матушку Тамару, и, думаю, хорошо бы и меня здесь отпеть - всех в одном храме, и вместе бы с ними похоронить. Хорошо бы Господь так устроил, буду молиться об этом, это последнее мое желание на этой земле: один путь, одно место упокоения на Даниловском под крестиком у мамы, под иконой “Споручницы”. У каждого должен быть свой храм и при рождении и при уходе, лишь бы стояли они на нашей земле до Пришествия Господа, лишь бы служили в них Божии службы  - тогда и умереть не страшно, с Господом и здесь и там хорошо и в путь всея земли идти легко!

ххх

Она не умерла, а уснула…

Когда направился Спаситель к дому Иаира, то окружающие  говорили ему, что девица умерла, а Господь сказал: “выйдите вон: ибо не умерла девица, но спит”. И мы верим, что не умерли наши близкие, а уснули, дабы проснуться в день Воскресения. Не теряем мы своих близких, а приобретаем, потому что Там они становятся ближе к Богу, их просьбы быстрее до Бога доходят, и мы получаем от них большую  поддержку. У Бога будет и наша последняя встреча с ними, после которой уже не будет разлуки, ибо та встреча будет вечной….


 

МАТРОНУШКА

По дороге от метро “Тульская” к Даниловскому кладбищу догоняет меня мужчина.

- Скажите, я правильно иду? Мне нужно кладбище “Даниловское”, а там могилка...

- Матронушки.

- Да, да, она мне и нужна.

- Правильно идете.

- А Вы тоже туда идете? Она, говорят, помогает.

- Она и мне помогла. Смотрит на меня с удивлением.

- Действительно помогла, что Вы так смотрите, такими вещами не шутят.   Вошли в кладбищенские ворота, и я ему показал часовенку с зеленой крышей и золотым куполочком.

Да, я молился блаженной Матронушке, когда хоронил свою матушку, молился, когда в последний путь провожал свою маму, молился я и о том, чтобы она помогла с устройством памятной мраморной плиты на могилке у Тамары, и, призывая её, говорил:

“Блаженная Матронушка, ты ведь настоящая начальница    кладбища, помоги мне в моих делах, не оставь своей помощью...” И как радостно теперь приходить на могилки, все так благодатно и хорошо, и блаженная Матронушка рядом, и, я надеюсь, что она не отринет моей просьбы и замолвит там, у Господа, словечко за Тамару, мою матушку, и за Елену, мою мамку.                                            

                                        ххх

Много лет я молился тогда ещё не прославленным нашей Церковью блаженной Ксении Петербуржской, праведному Иоанну Крондштадтскому, царственным мученикам, три года молюсь блаженной Матронушке Московской. И вот потихонечку они нашей Церковью начинают прославляться... Сегодня иду на кладбище и узнаю приятную новость. Дня три или четыре назад могилку Матронушки посетили представители священноначалия.... Значит предстоит канонизация. А в ночь на 9-е марта могилку будут вскрывать, и святые косточки блаженной Матронушки поселятся в женском Покровском монастыре на Таганке. Значит теперь надо ещё усиленнее молиться нашим царственным мученикам, чтобы, через признание и народное почитание их как заступников и молитвенников, официально их признала бы и  наша Церковь.

ххх

9 марта 1998 года.

Вхожу в кладбищенские ворота... Ко мне подходит нищая Нина: “Батюшка, благословите... Матронушку ночью увезли, не знаю куда”. Иду к её могилке... Могилка закрыта... А народ, который к ней пришел, идет в часовню за Храмом. Вхожу туда и я: люди стоят вокруг столика со свечами и молятся. Оказывается, на этом столике стоял маленький гробик, в который сложили святые косточки, перед тем как отвезти их в Покровский женский монастырь на Таганке. Святая блаженная матушка Матронушка, моли Бога о нас!

                                                ххх

Свято место пусто не бывает... Матронушку увезли ,гробик и косточки выкопали, канонизация готовится, а на могилке её Крест стоит и написано “Блаженной Матроне”. А народ идет и идет, несут цветы, молятся, нищие  сидят.. Я думаю, что люди так и будут идти, потому что само место их притягивает - её могилка, а то, что её здесь нет, как бы забывается, есть её могилка, и хочется возле нее помолиться, поклониться, постоять, и уходить не хочется... Не зарастет к её могилке народная тропочка, и в Покровский монастырь поедут, и к могилке её придут, здесь она лежала, земля-то святая... Может, не нужно было её увозить, есть часовня на кладбище, в ней бы Матронушке и почивать, и народ привык, да и она здесь привыкла, её это место, начальницей она была Даниловского кладбища... Прохожу сейчас мимо её могилки, остановлюсь, сотворю крестное знамение, поклонюсь и скажу: “Матронушка, замолви там в Царствии Небесном словечко за нас, что бы хоть немножко было им там полегче..” и дальше иду... и как-то легче становится... Такая она у нас помощница...

Увезли её, а она здесь, как и была... и всем приходящим помогает. Её могилка, Крестик, а под Крестиком она сама, вся могилка пропитана людскими молитвами, сколько лет люди к ней шли, идут и будут идти. 

Блаженная Матронушка слышит всех и всем поможет! Молитесь ей и приходите к ней, и в Покровский монастырь и на могилку, и она будет только довольна!


 

ЦАРСТВЕННЫЕ МУЧЕНИКИ

 

Великие княжныЯ с 1981 года молюсь царственным мученикам - с тех пор, как их прославила Русская Зарубежная Церковь. И поминаю их, совершая проскомидию,  как святых вместе с другими, уже прославленными, новомучениками. Лет десять тому назад, подошел ко мне в храме молодой человек и говорит: “Батюшка, нас тут несколько человек, и  мы хотим отслужить по царственным мученикам панихиду. Когда это можно сделать?” Я ему отвечаю: ”Я не дерзаю по ним служить панихиду, я молюсь им как святым. Идите, найдите другого батюшку, который вам отслужит”.

У меня как-то не получается молиться о них. Как я могу молиться, например, о преподобном Сергии или преподобном Серафиме? Я к ним обращаюсь с молитвой. Тем более, что я сам испытал силу молитвы  царственных мучеников перед Богом.

У женщины пропал мальчик. Благодаря газетам и телевидению эта весть облетела всю страну. Все были расстроены, встревожены этим происшествием, и много было об этом разговоров. Тогда я решил помолиться за этого мальчика другому мальчику - цесаревичу Алексию, расстрелянному вместе с семьей в Ипатьевском доме. Я подумал, что святой мальчик поможет своему товарищу. У меня тогда возникло такое чувство, что все будет хорошо. И когда все обошлось благополучно,  я пришел в воскресную школу, где мы все вместе переживали случившееся, и сказал: “Я молился одному мальчику, и он помог. Это цесаревич Алексей”.

Я думаю, что наши дети не должны забывать обращаться к нему с молитвой.  А то, что царственные мученики не прославлены нашей Церковью, не имеет большого значения, так как они уже давно прославлены нашим народом. Когда митрополита Антония Блума спросили в интервью, можем ли мы молиться царственным мученикам, то он ответил: “А я давно им молюсь как местночтимым святым”.

  Святые царственные мученики, молите Бога о нас!

                                              ***

Мы сейчас много читаем и слышим о царственных мучениках, но увидеть царскую семью  можем только на фотографии:

 Эмалевый крестик в петлице

         И серой тужурки сукно.

         Какие прекрасные лица

        И как это было давно

        Какие прекрасные лица

        И как безнадежно бледны

        Наследник, императрица,

       Четыре великих княжны...

Мой дедушка Феофилакт служил в царской армии 25 лет и, будучи солдатом, видел на смотру царя Николая II. Дедушка гордился этим и часто рассказывал об этом, когда все собирались на семейные праздники. А мама Тамары, Ефросиния, видела всю царскую семью: царь Николай II выезжал на белой лошади из ворот Спасской башни, а следом за ним в белых длинных платьях и  шляпах ехали царица Александра Федоровна и четыре Великих княжны: Ольга, Татьяна, Мария, Анастасия и в морской форме - цесаревич Алексий. Она мне об этом лично рассказывала как о самом значительном случае в своей жизни. Нам же, отдаленным от них почти веком, помоги, Господи, прославить их и молиться им, мученикам за Христа, за Церковь, за Россию!

                                           Ххх

Мама, когда рассказывала про моего дедушку Филата, всегда вспоминала, как он пел песню про царя:

Пишет-пишет царь германский,

            Пишет русскому Царю,

           Николай, наш Царь великий,

            Во всей армии один...

Вот такая песня... Наверное, у нее было и продолжение, но мама его забыла... Очень трогает то, что  русские люди когда-то запросто пели такие песни, и Царь, родной и близкий, был где-то здесь, совсем рядом, можно протянуть руку и потрогать. Царь-батюшка, без него и Русь не Русь, и русский человек как бы и не русский. Царь сейчас для нас - это какая-то сказка, хорошая и простая, которую приятно рассказывать где-нибудь на русской печке или на завалинке.

Где Царь - там и Русь, где Русь - там и Царь, а по-другому как-то не выходит. Давайте помолимся, чтобы он Царь-батюшка спустился с небес, посетил свой народ, приободрил, дал силы выстоять и послал своего преемника, богоизбранного Царя-батюшку, нам, таким неразумным и неверным, забывшим его... Думаю, что простит он нас, потому что любит нас, любит Россию-матушку и не оставит своей помощью, снизойдет к нам грешным и простит.

Потому что он наш Царь великий, во всей России один.

                                        ххх          

Дедушка Филат хранил картинку с изображением царской семьи, за которую  можно было поплатиться. Она висела на стене, и, конечно, было страшно держать её на столь видном месте. Дедушка снял картинку и спрятал её в сундук, но не выбросил, сказал: “Нельзя, грех будет, надо беречь.” Он же, во время переписи населения, когда всех спрашивали, как вас записывать, верующими или неверующими, с раздражением и гневом  ответил: “Эх вы, такие-сякие, да разве вы некрещеные, да разве вы не верующие, а ну, вон отсюда, спрашивают ещё, верующий я или неверующий, конечно - верующий!”

Верующие мы и в царственных мучеников, и верим, что их молитвами обретет Россия былую славу и воздвигнет из небытия царя Православного, как Бог создал из небытия мир и нас, и этим спасет Россию, а мы им молились и будем молиться.

                                                 Ххх

Когда я впервые увидел картину Глазунова “Сто веков” и Государя, держащего на руках цесаревича Алексия, я понял, что царь сам, своими руками, несет сына на заклание, подобно Аврааму. Страшно мне стало от осознания той жертвы, которую Государь принес за Россию. Эта жертва должна быть вечно в памяти русских людей, и образ царя, несущего сына на вытянутых руках, никогда не должен быть вырван из памяти нашего сердца. Когда обходил однажды царь с цесаревичем на руках казачье войско, то казаки, глядя на Алексия, плакали, и шашки качались в их мозолистых руках….

                                  ХХХ

 Эти милые две буквы,

          Что два яркие огня

          В тьме осенней, в бездорожье

          Манят издали меня.

         Зажжены они в воротах,

         Что в чудесный мир ведут,

         Мир, где только гости с неба,

         Духом чистые живут.  

                                                     А.Н. Майков.

Был я как-то в гостях у Татьяны Константиновны Тропаревской, с которой моя мама одно время работала в Хамовнической детской больнице, и увидел у нее книгу в очень красивом переплете, на котором красовались всего две буквы - К.Р., обрамленные цветными листиками и цветами... Татьяна Константиновна подарила мне эту книгу: я открыл её и не мог оторваться: рассказывала она о Москве, о Кремле, в основном о солдатах и солдатской жизни... а я все думал: кто же написал такие чудесные, сердечные и душевные стихи? У меня было несколько томов энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона, и вот как-то, листая словарь, я увидел фотографию под папиросной бумагой, под которой было написано - Великий князь Константин Константинович (бравый военный в эполетах, с орденом и светлым открытым лицом). Читаю про него и вижу в конце статьи его стихотворение, подписанное инициалами К.Р. - Константин Романов.

Я так обрадовался, что у меня есть его книга, что долго не мог прийти в себя, и ещё несколько раз её перечитал. А потом увидел ещё одну его книгу в букинистическом магазине, так же красиво изданную, но со стихотворениями других лет, - купил её, и я меня стало два тома К.Р.  А затем я встретил его двухтомник с замечательной трагедией “Царь Иудейский”, и стал  молиться об авторе. Позднее прочитал, что сыновья его - Иоанн, Игорь и Константин - претерпели мученическую кончину в Алапаевске 18 июля 1918 года вместе с Великой княгиней Елизаветой Фёдоровной.

Читаю его заметки о том, как в 1879 году он приехал в Москву: “По обычаю, по приезде поехали поклониться иконе Божьей Матери. Вокруг широкого крыльца ожидала нас и приветствовала радушным “ура” толпа народа. Войдя в часовню, положив два земных поклона, приложились к образу, и снова поклонившись в землю, я услышал церковное пение, а по выходе слева мой слух снова обдало “ура” народа. Приятно было чувствовать связь, казалось, несуществующую, между народом и их князьями.” А вот ещё одна заметка, четверг, 9 мая. Коронация Николая II: “Долго, долго тянулось шествие. Вот остановка: это царь с царицей молятся у Иверской...”

Неужели настанет время, когда это повторится, неужели будет царь и будет его въезд на Красную площадь на белом коне, будет шествие и будет его остановка с царицей  у Иверской часовни, и будет громоподобное “ура”.  

  В лунном кружеве украдкой

  Ловит призраки долина.

  На божнице за лампадкой

  Улыбнулась Магдалина.

Улыбнулась санитару Царскосельского госпиталя Сергею Есенину, провидя его встречу с великими княжнами Ольгой, Анастасией, Татианой и Марией... Послушайте...

   В багровом зареве закат шипуч и пенен,

  Березки белые горят в своих венцах,

  Приветствует мой стих младых царевен

  И кротость юную в их ласковых сердцах.

  Где тени бледные и горестные муки,

  Они тому, кто шел страдать   за нас,

  Протягивают царственные руки,

  Благословляя их к грядущей жизни час.

  На ложе белом, в ярком блеске света

  Рыдает тот, чью жизнь хотят вернуть...

  И вздрагивают стены лазарета

   От жалости, что им сжимает грудь.

   Все ближе тянет их рукой неодолимой

   Туда, где скорбь кладет печать на лбу.

   О, помолись, святая Магдалина,

   За их судьбу.

                                    22 июля 1916 г.

Я смею утверждать, что это стихотворение пророческое, оно написано ровно за два года до их расстрела в подвале Ипатьевского дома.

В багровом зареве закат шипуч и пенен. В этом багровом  и красном зареве есть что-то страшное,  пенится и шипит - кровь царственных мучениц, великих княжен Ольги, Анастасии, Татианы и Марии, вопиет к небу, пролитая за нас и за Россию.

Березки белые горят в своих венцах. Великие княжны - горят в своих мученических венцах!    

Поэтический дар Есенина позволил ему это  прозреть, и у него вырывается

     О, помолись, святая Магдалина,

     За их судьбу.

Икона святой равноапостольной Марии Магдалины висела в лазарете, так как она была покровительницей Царскосельского госпиталя.

                                                          ххх

Не злодей я и не грабил лесом,

Не расстреливал несчастных по темницам,

Я всего лишь уличный повеса,

Улыбающийся встречным лицам.

Кого имел в виду Сергей Есенин, когда писал эти строки в 1922 году, про каких несчастных пела его лира? Среди несчастных, расстрелянных в темницах были и царственные мученики.  Вспомним: Есенин встречался и с императрицей Александрой Федоровной и с великими княжнами Ольгой, Татианой, Марией, Анастасией. Народ убил своего царя, поставленного Богом управлять по Его воле, указывать народу, как жить по-Божьи и быть хранителем нашей православной веры. Патриарх Тихон в своем слове, сказанном в московском Казанском соборе, смело назвал все своими именами: “На днях совершилось ужасное дело: расстрелян бывший государь Николай Александрович /.../ Наша христианская совесть, руководствуясь Словом Божьим, не может согласиться с этим. Мы должны, повинуясь учению Слова Божия, осудить это дело, иначе кровь расстрелянного падет и на нас, а не только на тех, кто это совершил.”

Народ же своим молчанием, не осудив этого страшного преступления, как бы сказал: “Не нужно нам царя от Бога: мы хотим другого царя, не в царской короне и с крестом в руках, а с дьявольским прищуром и в кепочке, с веревкой и разделочным топориком.” И получили... И многие молились на него, и до сего дня призывают его темное имя в своих скорбях, болезнях и нуждах, забывая об едином на потребу - о своем Господе, создавшем нас и давшем нам Своего помазанника на земле, чтобы через него, Царя Земного, наши взоры обратились к Царю Небесному!

                                             ххх

Робко лампада, мерцая во мраке горит;

Старица скорбно во мглу безнадёжно глядит.

Смотрит - и видит, молитву честную творя.

Рядом с Христом - Самого Страстотерпца Царя.

Лик его скорбен; печаль на державном лице;

Вместо Короны стоит он в терновом венце;

Капли кровавые тихо спадают с чела;

Дума глубокая в складках бровей залегла.

Смотрит отшельница, смотрит и чудится ей -

В Облик Единый сливаются в бездне теней

Образ Господень и образ страстотерпца-царя...

 Молится Ксения, смиренною верой горя...

В этом стихотворении С.С. Бехтеева описано видение дивеевской монахини Ксении - духовное прижизненное свидетельство святости царя-искупителя Николая II.

1918 год. Патриарх Тихон наложил резолюцию на протоколе совещания Соборного Совета, созванного по вопросу о служении соборной панихиды о расстрелянном бывшем императоре Николае  II. “Благословляю Архипастырей и пастырей молиться о сем на местах”.

Дело в том, что в последующие годы, на протяжении почти 80 лет, панихиды по царственным мученикам  не совершались, и любое доброе упоминание о них воспрещалось. Такое настроение овладело всеми... не до них было... все забыли о замученных и умученных за нас. Протоиерей П.Н. Лахотский свидетельствует о тех годах: “... на улицах говорят различно, некоторые злорадствуют и одобряют убийство”. Такое отношение (или полное равнодушие к преступлению) было преобладающим и в последующие годы. Покаяния как такового все-таки не было. 

“Наша совесть примириться с этим не может, - с болью говорил Патриарх Тихон об убийстве Царя, -  и мы должны во всеуслышание заявить об этом как христиане, как сыны Церкви. Пусть за это называют нас контрреволюционерами, пусть заточат в тюрьму, пусть нас расстреливают. Мы готовы все это претерпеть в уповании, что и к нам будут отнесены слова Спасителя нашего : “Блаженны слышащие Слово Божие  и хранящие е”.

Лично мне кажется, что время панихид по царственным мученикам безвозвратно ушло в прошлое, и знаком личного покаяния каждого из нас должна стать молитва им, а не о них.  Может, этим мы загладим свой всенародный грех.

И тогда, может быть, в скором времени услышим мы из уст нашего священноначалия радостные и светлые слова: “Благословляем Архипастырей и пастырей молиться царственным мученикам по всем градам и весям нашей необъятной России”. Да помолимся об этом!

         В храмине стол установлен, стоит поперек;

         Яства и чаши для званных рядами стоят;

          Вместе с Иисусом двенадцать за брашной сидят,

         И за столом, ближе всех одесную Его,

          Видит она Николая, царя своего”.

(Видение киевской послушницы Ольги Великим Постом 1917 года).

Какие нам ещё нужны свидетельства!?

ххх

Рассказ послушницы из Иерусалима. 1997 год.

У гробницы Божией Матери - новый настоятель, грек. Он обратился к  монахине из русского монастыря с просьбой подарить ему икону царственных мучеников. И вот что он рассказал...

Лет восемь назад один священник рассказал ему о убиенном императоре Николае II и его семье, но настоятель не поверил в святость императорской семьи. Тогда ему приснился сон:  видит себя в царских палатах, где находятся архиереи и Царь Николай II.  Грек подходит под благословение к архиереям, а затем хочет попросить благословения у Царя, но Царь прячет руку и говорит: “ Ты же мне не веришь”.

 С тех пор он очень полюбил царственного мученика, и был рад получить его икону.

                                      ххх

Очень часто просят освятить иконы или медальоны царственных мучеников. И если бы вы видели, какие после освящения у этих людей радостные и счастливые лица: молятся им, призывают их в своих молитвах верующие, и таких людей становится все больше и больше. И это одно из свидетельств в пользу канонизации царственных мучеников. Царственные мученики как бы сами рвутся в наши храмы, в наши жилища, не гнать же их, не говорить же им, что, мол, надо подождать: вот сверху скажут, что вы святые, тогда и войдете в храм, а пока постойте за  дверью, немного подождите. Нельзя с ними так поступать, обидятся и совсем могут покинуть Россию.   Царственные мученики, молите Бога о нас!

                                              ххх

      Однажды в храме святителя Николая в Хамовниках ко мне подошел сторож Борис и сказал: “Отец Вячеслав, послушайте, что я Вам расскажу... У моей знакомой есть небольшая иконочка царственного мученика Николая II и равноапостольного князя Владимира, которая замироточила. Мне поручили съездить и сообщить б этом отцу Александру Шергунову, так как он собирает материалы о чудесах царственных мучеников”.

Господь готовит Русскую Православную Церковь, наш православный народ к всенародному прославлению царственных мучеников. Мне кажется, что народ  готов к этому. Три вышедшие в свет книжечки “О чудесах царственных мучеников” - тому свидетельство.  В некоторых храмах есть их иконы, и перед ними совершаются молебны. 

Люди верующие долго томились, ждали прославления, и с этим нужно считаться. Запретить молитву нельзя. Не боялись молиться им во времена гонения, не боялись хранить дома их изображения, а сейчас тем более не испугаются. Потому что без их помощи нам всем трудно встать на ноги.

ххх

16 июля 1998 г. Накануне захоронения царственных мучеников

Сколько противоречивых сообщений в газетах, разных мнений светских и духовных властей… К чему склониться верующему человеку, как ему открыть для себя Правду Божию? Мне хотелось бы, чтобы в этот пронзительный до боли и страшный День вся Россия, в своих домах, монастырях, храмах и площадях встала бы на колени перед их мученическим,  царственным подвигом, поклонилась бы им до земли, облила бы покаянными слезами эту поруганную безбожными властителями и пропитанную мученической, царственной кровью землю, припала бы к ней с покаянным воплем.  Согрешили мы пред Небом и пред вами, простите нас, загладьте перед Богом наш ужасный грех цареубийства, который тяготит нас и не дает спокойно жить. Измучились мы, мечемся из стороны в сторону, не знаем, где главу преклонить, пошлите нам весточку из горнего мира, где Вы с Господом пребываете, простите нам наше неверие в Вас, заступитесь на нас перед Господом и Его Пречистой Матерью, не дайте погибнуть. Веруем в Вас, но помогите нашему неверию, подайте нам знак святости Ваших святых косточек, простите, что мы хотим вложить персты свои в Ваши раны. Я думаю, примут Они наш покаянный молитвенный вопль к Ним, и неисчерпаемое море чудес прольется от Их  святых мощей, и свершится чудо из чудес, дадут Они нам Царя, чтобы пасти нас и ввести в Небесное Царство, идеже Святые царственные мученики пребывают!

ХХХ

Им надо молиться, а не о них...

    Июль 1998 г. . В послании Патриарха сказано: “В этом году 17 июля исполняется 80 лет со дня убиения Российского императора Николая II и членов его семьи.” Не лучше ли было бы написать “80 лет со дня мученической кончины”, а так мы ещё сто лет будем топтаться на одном месте, потом в одно “прекрасное” время и совсем забудем, как не помнили  80 лет.

Призывая служить по царственным мученикам панихиды Патриарх и Священный Синод уже одним этим не признают их за мучеников, и, мне кажется, уже никогда  не признают. 70 лет о них вообще не вспоминали и панихид не служили, да церковное руководство никогда об этом  не думало. Они твердо верили, что советская власть на века, и, наверное, ни у кого даже в мыслях не было за царя Николая и его семью помолиться, а уж  им самим молиться никому из иерархов и во сне присниться не могло. В чем же будет в этом году выражено наше всеобщее покаяние? - “Совершение по ним панихиды..., сопровождаемое постом и воздержанием”, - говорится в послании.

Они изначально были мучениками. Господь от сотворения мира был Агнцем, закланным за грех мира, а они со дня своего расстрела в Ипатьевском доме были мучениками, закланными за Россию!  И большинство в России это признает.  А панихиды мы совершаем по своим родным, близким, знакомым - не мученикам. Что же мы их, царственных мучеников, низводим до уровня простых смертных, не расстрелянных, не сожженных, не брошенных в шахты... и не забытых нами. Мы родственников своих все-таки помним, а царственных мучеников, что греха таить, совсем забыли и не думали о них на протяжении 70 лет!

Если ждать приказа сверху о канонизации, то можно никогда не дождаться. А если встанут у власти вновь коммунисты, то они же и станут “мучениками, пострадавшими за народ”, а настоящие мученики вновь будут названы предателями. Зарубежная Церковь молится Царственным мученикам, так неужели мы согрешим, если будем им молиться? Если же не будем молиться,  то вновь согрешим, и через 70 лет новый Патриарх будет призывать весь русский народ к покаянию. Надо делать то,  что говорит наше сердце, измученное семидесятилетним молчанием нашей Церкви в лице её иерархов, и сейчас до конца не осознавших, а, может быть, и лукавствующих, все ещё выжидающих. Вдруг господин Зюганов въедет в Кремль на белом коне, тогда и у нас, мол, будет козырь, так и останемся сидеть на своих патриарших и митрополичьих тронах. Двухчасовая беседа Патриарха с Зюгановым, лобзания, рукопожатия с ним о чем-то говорят... Заигрывания нашего священноначалия и некоторых  священников с коммунистами добром для русского народа не кончатся.…  И тогда не то, что о прославлении царя и его семьи, о посещении храма и то может встать вопрос, а вдруг они, коммунисты,  не разрешат? Ведь все это было, и нам ли об этом забывать?!

Что же делать тем священникам  и мирянам, которые молятся Царственным мученикам? Молиться о них  на этой панихиде 17 июля или уйти домой и помолиться им? Если, посещая могилки своих близких, мы и то им молимся и что-то у них просим,  то неужели к тем, кто пострадал безвинно за всех нас и за Россию, мы в этот страшный для России день не можем обратиться с молитвой?

                                              ххх

   17 июля 1998 г. День захоронения царственных мучеников

       Я приехал в Манеж, где в это время была развернута выставка фотографий царской семьи “Семейный альбом”: фотографии, принадлежавшие Императору, Царице, Княжнам…. Когда я вошел в зал, то перекрестился и ещё раз вспомнил какой сегодня день - день захоронения царственных мучеников.  Начал осмотр, думая что за час должен пройти весь жизненный путь этой Семьи - вплоть до стены в Ипатьевском подвале, с отметинами пуль, штыками и лужами крови на полу.

Взгляд императора на фотографии  будто обращен лично ко мне, вот-вот начнется разговор….  На лице императрицы -  боль за сына и что-то страдальческое, провидческое в глазах.

         После выставки я зашел в столовую, где по телевизору транслировали церемонию захоронения, проходившую в то время в Петербурге. Ельцин произносит слова о покаянии, священники касаются руками гробов со святыми мощами, Романовы пальцами касаются надгробий, некоторые крестятся….  В столовой  никто даже лица не повернул к телевизору, все заняты едой и разговорами. Один я замер с подносом в руках, прислонившись к стене, смотрю и не верю, русские ли люди сидят здесь за столиками, мило беседуют? Что им до царя, его семьи и их мученической кончины?  Что же может заинтересовать сегодня людей? Телесериал?

                                          ххх

Иерусалим, Иерусалим... И в Святом Граде возносится  молитва Царственным Мученикам. В сонном видении вошли к одной монахине в келью святая преподобномученица Елизавета и игуменья Тамара (она тоже из дома Романовых, когда-то была игуменьей на Елеоне, горе Вознесения). Великая княгиня Елизавета спрашивает монахиню: “Где у тебя икона Царя Николая?” Монахиня говорит: “Вот фотография”. - “Нет, - отвечает Великая княгиня, - это фотография, а где же икона?” Игуменья Тамара берет со стены икону Великой княгини Елизаветы и прикладывает её к самой Елизавете Федоровне. На этом видение заканчивается.

Напоминает и напоминает нам Царь Николай о себе: в сонных видениях, через свои иконы и фотографии говорит, что Он есть наш защитник и молитвенник Русской земли, Новый Николай Чудотворец. Два Николая ходят по нашей земле, Мирликийский чудотворец и Царственный Российский чудотворец, два Победителя над злом, над князем тьмы века сего. Верю, что настанет время, когда мы сможем приложить наши иконы царя и других царственных мучеников к их многоцелебным святым мощам, как это делают те, кто бывает в Бари и прикладывает иконы святителя Николая к его мироточивым косточкам.                     

     

                                        ххх

Накануне Рождества мой духовный сын Вячеслав привез из Екатеринбурга фотографию, на которой была часовня с крестом, и отдельно стоял крест на мраморном основании. Екатеринбургская трагедия пронзила меня, как выстрел, как пуля прошла через сердце. Рождество и Крест… Младенец в яслях, Мама, склонившаяся к Нему… и через всю эту радость и Рождественское сияние, пение ангелов, поклонение волхвов и пастухов, под этим звездным Рождественским небом встает Голгофский Крест Богомладенца. Ночью после Рождественской службы Рождество, казалось, было разлито в наших сердцах, глазах, наших душах, на улице, на дорогах, в воздухе, а передо мной лежал конверт с фотографией Креста, воздвигнутого над местом убиенных царственных мучеников, и надпись обжигала огненными  буквами:

Склонись Россия

на колени

к подножью

Царского Креста

На той же фотографии Вячеслав, у которого есть поэтический дар, предварил надпись на кресте своими строками:

Благим перстом указан

Путь наш скорбный.

Терпи, молись, сомкни уста…

Сегодня в Рождественскую ночь Господь послал нам службу яркую, брызжущую ночным, Рождественским сиянием, которая охватила мое существо, и молилось как-то легко за всех и за вся. Вся служба была пронизана Рождеством, и все в храме стояли вместе, вперемешку с ангелами, пастухами и мудрецами с востока, - всех собрал Богомладенец. Христос сошёл на землю, принял нашу плоть и стал нам родным.Он из нашей человеческой семьи, которую Он Сам и создал. 

***

Россия -

                                          Страшный, чудный звон.      

                                          В деревьях березь, в цветь - подснежник..

Страшный, чудный звон давно стоит над Россией, вслушайтесь, как сливается страшное и чудное в звоне колоколов: одни колокола хоронят Россию, а другие её поднимают из пепла, кто выстоит, кто окажется сильнее, чего в нас больше - созидания или разрушения? Мы разделились, и от этого страшно. Христос один, Истина одна, и Церковь одна, а мы в раздоре. Сказано: “Видеть будете и не увидите, слышать будете и не услышите.” Мученики российские нас призывают видеть Истину, которую они запечатлели своей кровью и завещали нам. На крови мучеников стоит Церковь: страшный, чудный звон будит нас от греховного сна, от лени в мыслях, лени в действиях, когда лень сходить в церковь, лень разобраться в том, где правая, а где левая сторона… Люди порой идут куда-то, не задумываясь, с кем и зачем они отправились в путь. Если мы так будем продолжать жить, то страшный звон будет стоять над Россией. Нужно услышать и откликнуться на колокольный звон, который зовет в храм, в котором звучит сам голос России. Россия стонет по нам с вами, звонит и взывает к нам, спрашивая: “С кем вы? Неужели вы с теми, кто уничтожал вас семьдесят лет или вы с мучениками, за вас замученными?” Истина одна, Христос один, Церковь одна и звон должен быть один, чудный, а не страшный.  Освободить нас может только Истина, а тот, кто вне Христа,  вне Истины, освободить никого не сможет!

                                              ХХХ

                                  А все это, значит, безвластие.

                                          Прогнали  царя…

                                          Так вот…

                                          Посыпались все напасти

                                          На наш неразумный народ

                                          Пропала Россия, пропала,

                                          Погибла кормилица Русь…

                                  (Есенин. Анна Снегина. 1925 г.)

Расея никуда не пропала, - это нас не стало, “расеян”, а Русь как была, так и есть. Напасти на нас посыпались, как из рога изобилия. Сколько же лет мы будем жить и ходить с печатью цареубийства? Так ведь незаметно и к антихристовой печати можно подойти. Пора нам опомниться, ринуться к Богу, в Божьи храмы, на коленях у Господа просить прощения. Погибла кормилица Русь… Почему же теперь она нас не кормит? Да потому, что раньше она была Святой Русью, а теперь мы забыли это название, и нам всем теперь не до святости, лишь бы выжить. Но ведь была, была же Святая Русь-кормилица, неужели погибла? Жив ведь народ русский, пока ещё не перевелся. А вот кого у нас нет, так это царя. А будет царь - не будет таких напастей, будет царь - и Русь опять станет кормилицей, будет царь - будет и Расея, будет царь - будет разумным и его народ!

                                          

 

***

                      Манит прозрачность глубоких  озер,

                      Смотрит с укором заря.

                      Тягостен, тягостен этот позор -

                      Жить, потерявши царя…

Образ царя предстает все яснее и яснее с течением времени. Даже есть такое чувство, что мы как будто его ждем на Царство, что нет другого Государя у нас, что только он стоит перед глазами.  Ведь только с царем возможно воскресенье России, а потому не должен ли он воскреснуть для того, чтобы Россия восстала. Преподобный Серафим говорил: “Царя, который меня прославит, Бог прославит”. 

Завтра Троицын день, Пятидесятница: солнце, березки, коленопреклоненные молитвы и молитва "Царю Небесный".  Царю Небесный - поем мы - прииди и вселися в ны и очисти ны от всякия скверны. Обратимся ко Господу, чтобы он послал нам  и царя земного, чтобы тот пришел на нашу землю и поселился у нас, и очистил нас от страшного греха цареубийства, от безбожной скверны, одолевшей нас, и своим прощением спас нас и наши души.

Если царь-мученик будет с нами и за нас, то и Господь нас не оставит.

Ей, гряди на Русь, царь земной, через которого Русь узрит и Царя Небесного!

                                             

***

   Вот уже вечер, роса блестит на крапиве,

   Я стою один, прислонившись к иве.

А я сижу один, и пишу, и пишу.... Может, что-то получится, может, что-то после меня останется, что-то укажет кому-то дорогу ко Христу. Ведь некоторым очень трудно её найти: вокруг них много того, что мешает им войти в храм, много темного, нехорошего закрывает им лик Христа. А если кто-то подтолкнет, подскажет, как и мне в детстве, то человек может прийти ко Христу, с которым так хорошо, благодатно  и радостно жить, и радости этой никто никогда не отнимет и не сможет отнять, если мы будем беречь её как зеницу ока.

Уже 11 часов вечера...  а завтра совершается память преподобномученицы Великой княгини Елизаветы и инокини Варвары - две мученицы, указующие нам путь ко Христу - трудный, тернистый, исповеднический, который не всем по силам, но зато самый верный. Помолимся им.

 

 

Далее

К оглавлению

 

 

 


 

Рейтинг@Mail.ru

 



Вы можете помочь развитию этого сайта, внеся пожертвование:

рублей Яндекс.Деньгами
на счет 41001930935734 (сайт tapirr.com)



 

Главная страница
митрополит Антоний (Блум)
Помогите спасти детей!